Список статей

Игорь МИХЕЛЕВИЧ

Последний из «кошачьего» семейства

История создания и основные вехи жизненного пути палубного истребителя Grumman F-14 Tomcat описаны уже неоднократно и достаточно подробно. Книги, очерки, фотоальбомы, монографии. Кажется, что тут еще добавить? Но попробовать все-таки стоит.

Немного истории

Наверно, большинству читателей известно, что проект VFX (Variable geometry Fighter Experimental), которому Tomcat обязан своим появлением, стал следствием неудачи с корабельным вариантом самолета F-111. Созданный, кстати, с участием Grumman F-111В совсем не устраивал моряков как по массовым характеристикам, так и по маневренности. Призванный заменить палубный «Фантом», он уступал ему практически по всем критичным характеристикам. «Морская свинья» (Sea Pig) — такое неодобрительное прозвище он получил у острых на язык военных.

Видя, что проект обречен на провал, Grumman в инициативном порядке активизировала работы по собственному варианту палубного истребителя под шифром «303». У главного конструктора фирмы Майка Пилихеча (Mike Pelehach, впоследствии — президент Grumman Corporation) еще во время попыток доводки F-111B возникла идея создать новый истребитель с максимальным использованием результатов работ по неудавшемуся самолету. Во время очередного совещания по проблемам F-111 Пилихеч озвучил свою идею Джорджу Спэндженбергу (George Spangenberg) — директору подразделения оценки Военно-морского авиационного командования и главному идеологу создания большинства палубных машин США в 1960…70-х гг. Предложение заключалось в заимствовании у F-111В силовой установки, крыла изменяемой стреловидности, системы оружия, а также технологий производства деталей из титана и бороэпоксидной смолы.

Создание нового палубного самолета именно специалистами Grumman было вполне логичным. Эта компания обеспечивала флот США своими истребителями с начала 1930-х гг., накопив огромный опыт проектирования и строительства машин корабельного базирования. При этом с середины 1950-х гг. ее преследовали неудачи в борьбе за морские заказы. В 1953 г. одноместный однодвигательный «проект 97» проиграл конкурс самолету Vought F-8 Crusader, а двумя годами позже был закрыт «проект 118» — двухместный истребитель с ракетным вооружением. Он уже был заказан флотом и даже получил обозначение F12F-1, но уступил дорогу «Фантому». И даже вполне успешный «проект 98» был выпущен лишь небольшой серией (199 машин) под обозначением F11F-1 Tiger. Последующий заказ на 231 истребитель, а также на 85 разведчиков на его базе был отменен в пользу закупок дополнительного количества «Крусейдеров». Желание взять реванш у Grumman было велико.

Следует принять во внимание и то, что Grumman давно занималась исследованиями в области крыла изменяемой стреловидности. Еще 19 мая 1952 г. в воздух поднялся полноценный боевой самолет F10F-1 Jaguar, стреловидность крыла которого изменялась в диапазоне 13,5…42,5°. Правда, заказанные флотом 112 истребителей так и не поступили на вооружение (из-за своей сложности программа была закрыта), но фирма продолжала исследования в этом направлении. С принятием в 1967 г. программы VFX у Пилихеча и его соратников появился шанс использовать накопленный опыт, а заодно восстановить утраченное лидерство в поставках истребителей авиации ВМС США.

Почему флот изначально планировал создание самолета с изменяемой стреловидностью крыла? Во-первых, требовалось обеспечить самолету с большой взлетной массой приемлемые для авианосца взлетно-посадочные характеристики. Во-вторых, на новую машину возлагали широкий круг задач и, следовательно, была необходима многорежимность. На тогдашнем уровне развития аэродинамики и других авиационных наук альтернативы крылу изменяемой стреловидности (в дальнейшем — КИС) практически не было. Вспоминается высказывание неназванного американского инженера по поводу КИС. Мол, мы КИС изобрели, а русские на это «купились», создав целое поколение самолетов с таким крылом. Интересно, а как можно было еще в 1960-е обеспечить такие требования заказчика, как высокая скорость полета вкупе с малыми длинами разбега-пробега, высокой маневренностью в околозвуковом диапазоне, большой практической дальностью и т.д.? Да и не вы его изобрели, а немцы, если уж на то пошло…

Кроме того, Пилихеч планировал превзойти по маневренности лучший, по его мнению, истребитель того времени МиГ-21. Зарубежная пресса писала, что в конце 1960-х гг. на Парижском авиасалоне Пилихеч даже обращался к советским коллегам с просьбой поделиться информацией об этом истребителе (видимо, речь шла о его точных геометрических данных). По понятным причинам конструктору пришлось полагаться на собственные силы. При его непосредственном участии была сделана модель «двадцать первого» для продувок в аэродинамической трубе. Ее изучение помогло точнее определить параметры будущего «Томкэта» и в конечном итоге создать тяжелый истребитель, по маневренности не уступавший МиГ-21 (по мнению американцев).

В целом, во время предварительного проектирования удалось проработать около 6 000 компоновок. Большая часть из них предполагала использование КИС, но были варианты и с фиксированным крылом. Причем эту работу провели в довольно сжатые сроки — с июня 1968 г., когда ВМС США объявили конкурс, по январь 1969 г., когда была «заморожена» первоначальная компоновка опытной машины.

По выражению самого Пилихеча, он располагал семнадцатью сотнями инженеров, которые готовы были «пихать, толкать и сжимать», собирая самолет воедино.

А «пихать и сжимать» было что. Так, количество оборудования, которое надо было втиснуть в объемы фюзеляжа, не оставляло шансов на внутренние пустоты. А ведь было еще и топливо. Интуитивно Пилихеч увеличил его запас, в сравнении с заданным, почти на тонну. Причем, не сильно афишируя этот факт перед командованием ВМС. Впоследствии, общаясь со строевыми пилотами F-14 на борту авианосца, конструктор убедился в своей правоте. Летчики говорили ему: «Мы любим F-14 зa его огромный запас топлива — ради жены и детей».

В январе 1969 г. военным были представлены два варианта будущего истребителя: VFX-1 с двигателями от F-111 и VFX-2 с перспективными «моторами», разрабатываемыми по программе ATE (Advance Technology Engine). В целом, военных устроил первый вариант, и 3 февраля 1969 г. с фирмой был подписан контракт на постройку 12 летных опытных машин и 26 самолетов первой серии. Оба варианта базировались на проекте с заводским шифром 303Е, который, в свою очередь, являлся развитием проекта 303-60 — двухдвигательного высокоплана с КИС и однокилевым хвостовым оперением. Уже после утверждения проекта инженеры стали компоновать ранее разработанные варианты 303Е и 303F (последний имел фиксированное крыло и двухкилевое хвостовое оперение), в результате чего будущий F-14 получил два киля и стал значительно ниже, что для корабельного самолета было очень важно.

Одной из серьезнейших инженерных задач в процессе создания самолета стала разработка крепления подвижной части крыла. Конструкторы знали, что в процессе испытаний F-111 было потеряно несколько самолетов из-за разрушения этого узла. Созданный по технологиям начала 1960-х гг., имевший сборную конструкцию из стали на болтах, узел не выдерживал нагрузок. Поэтому «груммановцы» пошли другим путем. Центральная поперечная балка длиной 6,7 м и массой 940 кг имела цельносварную конструкцию из 33 деталей, выполненных из титанового сплава 6A1-4V. Для производства этого архиважного узла фирме пришлось закупить несколько специальных электросварочных аппаратов стоимостью по $1 000 000 каждый. В результате F-14 получил надежное крепление подвижных частей крыла, чем не могли поначалу похвастать другие самолеты с КИС. К примеру, доводка бака-отсека №2, к которому крепились подвижные части крыла МиГ-23, заняла несколько лет, но и после этого трещины по сварным швам нет-нет да и возникали.

При статических испытаниях поперечная балка F-14 разрушилась, отработав под нагрузкой 23 760 ч — почти вчетверо больше первоначально назначенного ресурса. Титановая конструкция оказалась к тому же еще и на 500 кг легче аналогичной стальной. Справедливости ради стоит отметить, что в последние годы эксплуатации «Томкэта» трещины по сварным швам все-таки появлялись, и с каждым годом — все чаще и чаще. При этом первоначальный ресурс планера в 6 000 ч был продлен сначала до 7 200 ч и окончательно — до 7 500 ч налета, т.е. не так уж и намного.

Определенный интерес представляет и система управления поворотом крыла. Ручное управление, свойственное большинству самолетов с КИС того времени, присутствовало и на F-14. Но как резервное. Основную роль играла автоматическая система управления, отвечавшая за положение и крыла, и его механизации. До 0,4М система обеспечивала угол стреловидности крыла в 22°, в диапазоне 0,5…0,9М он варьировался между 20° и 50°. При этом для обеспечения максимальной угловой скорости разворота самолета предкрылки отклонялись системой на угол около 7°, а закрылки — на 10°. Выбор угла стреловидности крыла и положения механизации осуществлялся по данным системы воздушных сигналов в зависимости от числа М и угла атаки. Поскольку F-14 изначально разрабатывался как многоцелевой истребитель, в систему управления крылом был также введен режим BOMB (думаю, перевод не требуется). В этом режиме после взлета крыло фиксировалось в положении 55°. Угол стреловидности 68° предусмотрели для полетов с максимальной сверхзвуковой скоростью.

Вообще же, проект F-14 представлял собой сгусток инноваций. Широкое использование титана, на долю которого приходится более 24% массы конструкции (даже в гидросистеме первоначально использовались только титановые трубопроводы), бороэпоксидная обшивка стабилизатора (кстати, это первый случай практического использования композиционных материалов в авиации), аэродинамически несущий фюзеляж, создававший до 40% подъемной силы, так называемые ирисовые1 сопла двигателей. А уж о комплексе БРЭО и говорить не приходится. Запредельные для конца 1960-х гг. дальности обнаружения цели и пуска ракет, одновременное сопровождение 24 целей и пуск по шести наиболее важным. И все это с механическим, а не электронным сканированием луча. Под стать был и «главный калибр» — управляемые ракеты AIM-54 Phoenix с официальной дальностью пуска 100 морских миль (более 185 км).

При всей новизне и невероятно высоком темпе разработки создание истребителя прошло относительно гладко. Конечно, многие составляющие этого боевого комплекса начали разрабатывать задолго до начала постройки F-14. Так, использовались некоторые технологии, отработанные при создании F-111B. Двигатели TF30 конструкторы компании Pratt&Whitney проектировали еще в конце 1950-х гг. под барражирующий перехватчик Douglas F6D Missileer. Для него же создавали ракету Bendix ХААМ-10 Eagle, и многие отработанные на ней решения нашли воплощение в «Фениксе». Система управления оружием AN/AWG-9 изначально разрабатывалась для несостоявшихся «трехмаховых» перехватчиков Lockheed YF-12 и North American XF-108, а в ее основе также лежала система AN/ASG-1 для того же «Миссайлера».

Douglas F6D Missileer

Но заслуг инженеров фирмы Grumman все вышеперечисленное нисколько не умаляет. Им тоже пришлось немало потрудиться. Достаточно сказать, что в процессе проектирования было отработано около двух тысяч конфигураций и четырехсот комбинаций воздухозаборников и реактивных сопел. По воспоминаниям одного из летчиков-испытателей фирмы Чарли Брауна (Charlie Brown), группа конструкторов, занимавшаяся проектированием воздухозаборников, столкнулась с серьезными трудностями в этой работе. Боковые воздухозаборники ковшового типа с горизонтальным клином на фирме проектировали впервые.

Модели будущего истребителя только в 1968 г. провели в аэродинамических трубах порядка 9 000 ч! В общей же сложности 29 продувочных моделей аэродинамики изучали в набегающем потоке воздуха в течение 27 000 ч. Подробное описание созданных под F-14 испытательных стендов, а также методик расчетов и проверок может занять не одну страницу, и вряд ли это будет интересно большинству читателей. Поэтому перейдем к более «зрелищной» части повествования — летным испытаниям груммановского «Кота».

Tomcat поднимается в небо

В середине октября 1970 г основные агрегаты первого прототипа XF-14A (заводской № 157980), построенные на заводе Grumman № 5 в Битпейдже, были переправлены кораблем для окончательной сборки на завод № 7 в Кэлвертоне (Лонг-Айленд, Нью-Йорк). Замечу сразу, что таким образом собирали и серийные машины: постройка агрегатов в Битпейдже — окончательная сборка и испытания в Кэлвертоне.

Первоначальные планы предполагали, что при благоприятном стечении обстоятельств новый истребитель совершит первый полет не ранее января 1971 г. Но желание поднять машину в воздух «досрочно» возобладало. Со слов летчика-испытателя фирмы Роберта Смита (Robert К. Smyth, также упоминается как Боб Смит — Bob Smyth и Роберт Смайз), при подготовке первых полетов наблюдалась определенная спешка. Программу летных испытаний курировал вице-президент фирмы, в недавнем прошлом возглавлявший подразделение эскизных проектов, по утверждению Смита — агрессивный и недалекий руководитель (авантюрист, одним словом. — Прим. авт.). Именно ему принадлежала идея начать испытания на месяц раньше.

С 14 декабря 1970 г. начались пробежки, которые продолжались в течение недели. 21 декабря был совершен первый полет. В тот день погода была «не очень», и почти весь день все, кто был связан с проектом, ожидали ее улучшения. Когда солнце уже начало клониться к закату, стало понятно, что улучшения ждать бесполезно. И Боб Смит занял кресло пилота, а его напарник — летчик-испытатель проекта Билл Миллер (Bill Miller) — кресло оператора системы вооружения. В 16:18 они впервые оторвали F-14 от земли. В ходе получасового полета самолет набрал высоту около 1 000 м и совершил пару кругов над аэродромом. Крыло находилось в положении минимальной стреловидности, шасси не убирали. Никаких проблем в тот раз выявлено не было, полет прошел гладко.

Беда пришла 30 декабря. Второй испытательный полет, который планировали назвать «первым реальным полетом», закончился катапультированием летчиков и потерей первого прототипа. Вот как описывал происшедшее Боб Смит в своем выступлении 19 мая 2005 г. в Музее колыбели авиации (Гарден Сити, Нью-Йорк), которое было опубликовано в журнале Air&Space magazine за август-сентябрь 2006 г. «Мы были готовы… к полету, в ходе которого планировали набрать высоту, убрать крыло и достичь скорости 1,2 Маха, а также осуществить проверку всех систем в пределах скромного диапазона, возможного в первом полете… По соглашению, я занял второе кресло, а первое — Билл Миллер… После набора высоты 10 000 футов (более 3 000 м. — Автор)… мы начали уборку шасси согласно полетному заданию. Сразу же после постановки рычага управления на уборку шасси пилот следовавшего за нами самолета А-6 сообщил, что наблюдает течь жидкости по правому борту. Одновременно одна стрелка сдвоенного указателя давления в гидросистеме упала на «ноль». Двадцать один галлон (около 80 л. — Автор) гидросмеси вмиг исчез.

Мы стали возвращаться на базу на скорости 180 узлов (около 330 км/ч. — Автор), большая скорость была невозможна из-за закрылков, которые так и оставались выпущенными. Примерно через 10 минут полета мы вышли в створ ВПП на удалении около 3 миль (почти 5 км. — Автор) и аварийно — с использованием давления азота — выпустили шасси. Гидросистема обеспечивала только управление самолетом.

… Пилот следовавшего за нами самолета сообщил, что снова видит течь, и тут же вторая стрелка указателя давления в гидросистеме упала до нуля. В этот момент самолет дважды мягко «кивнул» носом, а затем перешел в крутое пикирование.

Мы были на удалении в пол мил и от полосы и на высоте в 25 футов (7,5 м. — Автор) над верхушками деревьев… Катапультирование заняло 0,9 с, а спустя 0,4 с передние колеса коснулись верхушек деревьев».

Когда пожар удалось потушить, специалисты обнаружили, что утечка гидрожидкости произошла из-за разрушения двух титановых трубопроводов, находившихся в нишах основных опор шасси. Были проведены исследования на специальном стенде, в ходе которых разрыв трубопровода произошел через 1 мин 20 с. Но когда стали испытывать аналогичные трубопроводы из нержавейки, разрушение произошло на 23-й минуте работы. Как рассказал Боб Смит, причина крылась в отсутствии гидроаккумуляторов, которые бы демпфировали колебания давления в гидросистеме, а также в креплениях трубопроводов, не способных предотвратить возникновение резонансных колебаний.

В заключении Боб Смит высказал мнение: если бы не перманентная спешка, потери первого прототипа можно было бы вполне избежать. Он также вспомнил об одном характерном эпизоде, предшествовавшем летным испытаниям. «Во время одного из ночных опробований двигателей незадолго до первого полета… я увидел, что техник самолета машет мне руками, чтобы я выключил двигатели. Я посмотрел в сторону и увидел большую лужу гидравлической жидкости. Когда я спросил техника, что случилось, он ответил, что, вероятно, это течь из-под накидной гайки трубопровода. Хорошо, подумал я, таких гаек на самолете всего лишь несколько. В основном, в трубопроводах использовались супергерметичные соединения «Криофит» (никель-титановые фитинги по запатентованной технологии Cryofit, отличавшиеся повышенной герметичностью. — Автор). Мы уже были все сонными, поэтому пошли домой и об этом больше не думали. Позже мы узнали о сообщении из инженерной лаборатории, работавшей в течение Рождества, что причиной негерметичности стало растрескивание титановой магистрали…». Цена авантюризма высока всегда и везде…

Поспешность при создании самолета была напрямую связана с вьетнамской войной, в ходе которой обнаружилось, что состоявший на вооружении авиации ВМС США F-4 Phantom проигрывает половину воздушных боев (по американским данным) более «древнему» МиГ-21 и вряд ли сможет составить конкуренцию его последним модификациям, не говоря уже о новых советских машинах. Предполагая дальнейшую эскалацию боевых действий, без нового истребителя было не обойтись. Кроме того, в СССР усиленно развивалась морская ракетоносная авиация, представлявшая серьезную угрозу для авианосцев. С появлением в ее арсенале сверхзвуковых управляемых ракет Х-22 с дальностью пуска в несколько сотен километров эта угроза стала еще более реальной.

Тем не менее, авария первого прототипа сдвинула сроки реализации программы. И к летным испытаниям вернулись только 24 мая 1971 г., когда второй летный образец (№ 157981) под управлением Смита и Миллера совершил свой первый полет. В отличие от первого прототипа, предназначенного для исследований на больших числах М, эта машина была ориентирована на изучение поведения на малых скоростях и больших углах атаки, а также для испытаний на штопор. Крыло было зафиксировано в положении 20°, а воздухозаборники полностью открыты. На верхней задней части фюзеляжа установили контейнер с противоштопорным парашютом площадью 2 м².

Всего же было построено 14 прототипов, 12 из которых принимали участие в летных испытаниях. Их «роли» (кроме уже описанных) распределились следующим образом:

Летные испытания проходили с применением автоматической телеметрической станции ATS. Созданная еще для испытаний штурмовика А-6, эта система позволяла передавать на землю в реальном масштабе времени до 300 параметров при общем количестве снимаемых данных до 600. Летая над Атлантическим побережьем в коридоре протяженностью 165 км, самолет передавал на землю исследуемые параметры, которые тут обрабатывал компьютер и выводил на экраны. Инженеры могли наблюдать за изменением этих параметров и при обнаружении каких-то интересных моментов в поведении машины вносить коррективы в полетное задание, чтобы лучше их исследовать. По оценкам разработчиков. ATS позволила сократить сроки испытаний почти на полтора года.

На начальном этапе испытаний были получены следующие результаты:

Вместе с тем, был выявлен и ряд проблем, требующих решения. В самом начале испытаний летчики наблюдали небольшую тряску при выпущенных закрылках. Как выяснилось, ее причиной стала интерференция потоков за интерцепторами и закрылками, отражавшаяся на обтекании стабилизатора. В дальнейшем интерцепторы переместили ближе к закрылкам, тем самым устранив бафтинг. Бликование внутренней поверхности фонаря кабины на большой высоте, выявившееся в ходе испытаний, устранили, доработав систему обогрева остекления. Значительный шум воздухозаборников заставил инженеров частично перепроектировать этот узел.

Единственное, что осталось «недолеченным», так это двигатель TF30. Он по-прежнему демонстрировал нестабильную работу, а на больших углах атаки часто останавливался. С силовой установкой пришлось «воевать» уже в процессе эксплуатации.

Tomcat встает в строй: «трудное детство»

Первоначально предполагалось построить 463 (по другим данным — 459) самолета с темпом выпуска 8 машин в месяц. Этого, по мнению флотского командования, было достаточно, чтобы заменить на авианосцах имевшиеся истребители Phantom и Crusader. В процессе производства произошло несколько корректировок первоначальных планов, и в результате были выпущены 712 самолетов в нескольких модификациях, 632 из которых поступили на вооружение авиации ВМС США.

Первый F-14A был передан флоту в июне 1972 г. Получателем оного стала флотская эскадрилья подготовки VF-124 Gunfighters. которая дислоцировалась на базе Мирамар (г. Сан-Диего, шт. Калифорния). Там же, кстати, с 1969 г. функционировал Центр боевой подготовки US Navy Fighter Weapons School, более известный как Top Gun благодаря одноименному фильму 1986 г с Томом Крузом в главной роли.

14 октября того же года началось формирование двух первых строевых подразделений на новой технике — эскадрилий VF-1 Wolfpack и VF-2 Bounty Hunters. Обе являлись одними из старейших в ВМС США, но после окончания Второй мировой войны были расформированы. Свой первый Tomcat «Волчья стая» (VF-1) получила 1 июля 1973 г., «Наемные убийцы» (VF-2) — чуть позже, в июле. Весной 1974 г. обе эскадрильи были полностью укомплектованы матчастью (по 12 машин в каждой) и 17 сентября в составе 14-го авианосного авиакрыла на борту авианосца USS Enterprise отправились на боевую службу. Поход продолжался долгие 8 месяцев, в ходе него эскадрильи поучаствовали в прикрытии заключительной фазы эвакуации американских войск из Сайгона (апрель 1975 г.).

Первые впечатления от новой машины у личного состава были «не очень». У летчиков F-14A сначала получил прозвище (если его перевести на разговорный русский) «Турок» за непривычно сложное управление при заходе на посадку с использованием, в том числе, тормозных щитков. Кроме того, самолет имел ряд «противных» (по выражению летчиков) особенностей. Так, из-за разнесенных двигателей отказ одного из них на форсаже вызывал сильный разворачивающий момент, что приводило к скольжению и могло вызвать сваливание на крыло. Тяговооруженность «Томкэта» практически оставалась на уровне «Фантома», и пилоты жаловались, что ее часто не хватает при маневрировании. Ощущался недостаток тяговооруженности и при посадке на авианосец, когда самолет шел на больших углах атаки.

Но главной проблемой новой машины оставалась недостаточная надежность силовой установки. Когда в мае 1974 г. из-за пожара двигателя был потерян восьмой прототип, флот уже получил сотню машин, и они налетали суммарно около 30 000 ч. Но последовавшие в начале 1975 г. буквально одна за другой две аварии (2 и 14 января, обе машины из эскадрильи VF-1), вынудили командование ВМС ввести дополнительные меры контроля. Теперь после наработки каждой сотни часов двигатели демонтировали и производили углубленный осмотр лопаток вентилятора (они имели тенденцию к обрыву с последующим разрушением двигателя и элементов планера), топливных и дренажных магистралей, также имевших тенденцию к разрушению. Представляю, как «обрадовался» дополнительным осмотрам техсостав!

Впору употребить словосочетание, которым часто начинались приказы, шифртелеграммы и прочие «руководящие документы» в Вооруженных Силах СССР: «Несмотря на принимаемые меры по предотвращению… не прекращаются случаи…». Оно как нельзя подходит к описываемой ситуации. Несмотря на введение дополнительных осмотров (трудозатраты на демонтажно-монтажные работы — 12 чел./ч), потери «Томкэтов» из-за отказов двигателей продолжались. К октябрю того же года по этой причине флот потерял еще две машины. Производитель свалил вину за некачественные лопатки вентилятора компрессора на субподрядчика, который изготавливал их. Флот приказал повторно проверить все двигатели и заменить дефектные лопатки. В общем, у «проклятых империалистов», как и в Стране Советов, отсутствие четкого понимания причин происходившего часто подменялось грозными приказами, дополнительными осмотрами и проверками, как правило, малоэффективными, наказанием невиновных и в придачу — «самосвалом» изготовителей («это не мы, это — они»).

В начале 1970-х гг. летную эксплуатацию F-14А прекращали трижды. К концу 1976 г. было потеряно 18 «Томкэтов», из них в пяти случаях вину двигателя удалось установить точно, и еще в нескольких — предположительно. Ситуация накалялась. Причем на флоте проявились проблемы TF30, которые оставались незаметными при эксплуатации на F-111. В этом плане интересны воспоминания ветерана авиации ВМС США вице-адмирала Уильяма Хаусера (William D. Houser), в начале 1970-х гг. заместителя командующего Силами морских операций. Он приложил немало усилий, отстаивая Tomcat перед оппонентами проекта. Авторы книги «Внутри Железных Заводов: как исчезала слава Grumman» приводят мнение Хаусера, считавшего, что изначально не предназначенный для высокоманевренного истребителя TF30 не подходил «Томкэту» в силу особенностей своей конструкции. Адмирал вспоминал: «… в первое время это был очень плохой двигатель. В эскадрильях приходилось их снимать после пяти полетов или около этого… TF30 не был зеленым двигателем. Но, во-первых, проблемы с его установкой… на F-14 (видимо, имеется в виду разнесение двигателей от фюзеляжа. — Автор). Во-вторых, мы с ним на флоте делали то, что никогда не делали летчики в ВВС. Один раз я летал на F-111… и заполучил тряску. Мой напарник, сидевший в кресле правого пилота, сказал: «Адмирал, мы так не делаем». Почему? — спросил я, и он ответил: «Потому что мы не знаем, что будет дальше». На флоте мы выводили этот самолет на большие углы атаки, стараясь делать все то, что должен делать истребитель, тогда как F-111 был почти настоящим бомбардировщиком…».

Кроме двигателей, на начальном этапе эксплуатации «Томкэта» низкую надежность продемонстрировала и сверхсложная СУО. Средняя наработка на отказ AN/AWG-9 в первые годы составляла 2,2 ч, и лишь к 1980 г. этот показатель удалось довести до приемлемых 30 ч. Да и другая электроника часто подводила. В общем, самолет был откровенно «сырым», что подтверждают цифры среднего налета на отказ — всего лишь 0,3 ч в первые годы. В связи с лавиной неисправностей обострились и взаимосвязанные проблемы: отсутствие должного количества запасных частей, а также рост (по некоторым данным, в 2,5 раза) трудозатрат на техобслуживание. К 1978 г. в исправном состоянии находилось чуть больше половины парка F-14. Нехватка ремфонда стала настолько значительной, что в строевых частях ничего другого не оставалось, как перебрасывать блоки с одного самолета на другой. Вот так! Технический каннибализм — понятие международное, и не обошло стороной даже Штаты.

Одной из проблем, на которую приходилось обращать особое внимание техсоставу, была негерметичность топливной и гидравлической систем, которая чаще проявлялась в холодную погоду. По воспоминаниям техника самолета (к слову, в Штатах эта должность имеет более благозвучное название — капитан самолета) Скотта Шэйверса (Scott Shavers), среди техперсонала бытовала поговорка: «Если Tomcat не сочится, значит он пустой».

А как проходила переподготовка пилотов на новую технику? Учитывая сложность самолета и отсутствие «спарки», первыми переучивали опытных пилотов «Фантомов». Несколько позже на F-14 стали готовить и молодых летчиков. Все они сначала проходили курс теоретической подготовки и значительное время уделяли занятиям на тренажерах, осваивая технику пилотирования и работу с наиболее важной частью бортового оборудования. После этого следовали два вылета с инструктором, который мог помочь только советом, так как во второй кабине органов управления самолетом не было. Затем начиналась рассчитанная почти на семь месяцев программа самостоятельных полетов, включавшая, кроме всего прочего, пуски УР. В завершении летчик сдавал квалификационный тест, заключавшийся в посадке на палубу авианосца. Он делал несколько проходов с убранным гаком, после чего совершал посадку.

Поступление нового истребителя в эскадрильи авиации ВМС, несмотря на трудности, шло по нарастающей. В 1973 и 1974 гг. «Томкэтами» были вооружены по две эскадрильи: VF-14, VF-32 и VF-142, VF-143 соответственно. В 1975 г. флот пополнился еще тремя подразделениями — VF-24, VF-101, VF-211. Но самым «массовым» стал 1976 г., когда F-14А поступил на вооружение сразу шести эскадрилий: VF-41, VF-51, VF-84. VF-111, VF-114, VF-213. Кроме того, за эти годы истребители поступили в школу Top Gun (1974 г.), а также в морские подразделения испытаний и оценки.

Замена «Фантомов» на «Томкэты» в уже существовавших палубных эскадрильях завершилась в 1984 г. Кроме того, в 1986 г. новыми истребителями укомплектовали два вновь сформированных подразделения: VF-191 и VF-194. Правда, просуществовали они недолго: из-за сокращения финансирования оба были ликвидированы уже в апреле 1988 г.

С 1984 г. началось перевооружение на F-14A и четырех эскадрилий резерва, последняя из которых VF-202 «пересела» с F-4S на Tomcat только в 1987 г. В общей сложности самолетами F-14A укомплектовали 29 строевых эскадрилий.

За это время Grumman выпустила 557 (встречается также 556) экземпляров F-14A для ВМС США, еще 80 (передано 79) таких машин было построено для Ирана — единственного импортера «Томкэта». В процессе производства в самолет вносились доработки, объединенные, по американской традиции, в «блоки». Так, начиная с «блока 70» гребни на верхних прижимных щитках крыла стали более обтекаемыми и короткими. Самолеты серий после «блока 75» имели видоизмененный «бобровый хвост» (хвостовой обтекатель фюзеляжа). С «блока 85» начали устанавливать новую УКВ-радиостанцию AN/ARC-159 вместо AN/ARC-51A. И так далее… Самолет действительно был очень сложным даже по сегодняшним меркам, и для того, чтобы довести его до ума, требовались годы работы и комплексы мероприятий.

Ахиллесова пята «Томкэта»

Как нетрудно догадаться, ею долгое время оставалась силовая установка. Нельзя сказать, что инженеры Pratt&Whitney не предпринимали никаких шагов по исправлению ситуации. Начиная с 65-й серии, самолеты комплектовались несколько улучшенными двигателями TF30-P-412A. А уже с самолета № 160396 (входил в «блок 95», производство с января 1977 г) на Tomcat стали устанавливать TF30-P-414. Этот вариант имел лопатки вентилятора из упрочненного титанового сплава. Сам корпус узла получил стальной экран, предотвращавший повреждение узлов и деталей самолета в случае обрыва лопаток. На этот же случай кромки лопаток сделали более скругленными. Все самолеты начали переоснащать новым вариантом ТРДДФ, и к лету 1979 г. злополучных «412-х» в строю не осталось.

«Блок 130» ознаменовался установкой последней версии TF30 — варианта 414А, на котором удалось добиться одного случая срыва потока с лопаток вентилятора на 1 000 ч наработки. К концу 1986 г. в частях не осталось ни одного «Томкэта» с более ранними модификациями движка. Замечу, что стоимость доработок варианта 412А в вариант 414А составила около $800 000 (в ценах 30-летней давности).

Со своей стороны, Grumman также провела ряд мероприятий, снижавших вероятность печальных последствий обрыва лопаток. Система пожаротушения стала более эффективной, а внутренние поверхности мотогондол получили новое теплоизолирующее покрытие.

Эти шаги, помимо некоторого увеличения надежности, привели к росту массы, в то время как тяга TF30 осталась на прежнем уровне. В итоге маневренные характеристики самолета несколько ухудшились, что лишь форсировало работы по кардинальному изменению силовой установки.

Еще в начале биографии «Томкэта» планировали, что с 68-го серийного экземпляра истребители будут оснащаться разработанными по программе АТЕ новыми двигателями Pratt&Whitney F401 (морской вариант двигателя F100). Проект получил фирменное обозначение VFX-2T, а на вооружение самолет должен был поступить как F-14В. Несмотря на то, что флот от F401 отказался еще в июне 1971 г., двумя годами позже один такой двигатель все же установили на прототип № 7 вместо TF30. 12 сентября начались его летные испытания, а чуть позже заменили и второй «мотор». Но интерес флота к F401 возродить не удалось, и после окончания тестов этот самолет поставили на хранение.

Из забвения машину вытащили в 1971 г., оснастив новыми двигателями F101DFE компании General Electric. 14 июля самолет опять поднялся в воздух, начав программу испытаний, которая включала около 25 полетов. В ходе них испытатели Grumman и ВМС налетали 33 ч и получили очень интересные результаты.

Оказалось, что F-14 стал разгоняться с 0,8М до 1,8М за 90 с. Самолет смог осуществлять взлет с авианосца без форсажа (с использованием катапульты, конечно). Впервые с начала летной карьеры истребителя пилоты смогли сказать, что в полете они «управляют самолетом, а не двигателем». Летчик-испытатель Чак Сивэлл (Chuck Sewell), участвовавший в программе, назвал самолет «мечтой летчика-истребителя».

Однако Pratt&Whitney не собиралась без боя сдавать позиции конкурентам. Журнал Flight International за 26 июня 1982 г. сообщал, что президент этой компании Роберт Карлсон (Robert Carlson) обратился в Сенат в связи с незаконным, по его мнению, соревнованием с General Electric по вопросу оснащения, в том числе F-14, двигателями. Кроме прочего, он приводил множество аргументов в пользу собственной новой разработки PW1130 на базе F100. В результате решение вопроса о ремоторизации «Томкэта» затянулось до февраля 1984 г. Все усилия Pratt&Whitney оказались тщетными — моряки сделали выбор в пользу General Electric, которая предложила свое новое детище F110, дальнейшее развитие столь понравившегося F101DFE. Самолет с этой силовой установкой получил обозначение F-14A Plus.

Для испытаний снова оказался востребованным прототип № 7. Вписать F110 в готовый самолет оказалось делом относительно несложным. Изначально этот двигатель был короче, чем TF30. но эту проблему решили за счет удлинения форсажной камеры специальной вставкой. Коробку агрегатов и обвязку двигателя также адаптировали под гондолы F-14. Удлиненное почти на 30 см реактивное сопло способствовало снижению аэродинамического сопротивления в районе хвостовой части.

29 сентября 1986 г. летчик-испытатель Джо Бьюрк (Joe Burke) совершил первый полет на обновленном «Томкэте». Испытания показали, что практически все ЛТХ самолета существенно возросли. Так, благодаря значительно меньшему удельному расходу топлива на форсажных режимах радиус перехвата вырос на 62%. Примерно на столько же уменьшилось время набора большой высоты. На 35% увеличилось время боевого патрулирования.

Вторая молодость «Томкэта»

Еще в июле 1984 г. флот подписал с Grumman контракт на постройку 38 новых самолетов в варианте F-14A Plus и модернизацию до их уровня еще 32 ранее выпущенных машин. Была профинансирована доработка еще около 17 самолетов, но об их судьбе нет достоверных данных. Программа «А Plus» включала не только замену двигателя, но и установку ряда новых элементов БРЭО, в том числе: РЛС управления огнем AN/AWG-15F, радиостанции УКВ-ДМВ диапазона AN/ARC-182, а также ряда систем, упрощавших эксплуатацию самолета на земле и в воздухе. Ушли в небытие дестабилизаторы, выпускаемые из корневой части крыла для балансировки самолета на определенных режимах полета. Изменениям подверглись жалюзи системы охлаждения отсека пушки М61.

Первый F-14A Plus, полученный путем доработок (№ 158630), поднялся в небо 11 декабря 1986 г., а первый вновь построенный самолет этого варианта (№ 162910) — 14 ноября 1987 г. Полностью программа была реализована к концу 1990 г., а через полгода ВМС переименовали F-14А Plus в F-14В. Эти самолеты в разное время состояли на вооружении палубных эскадрилий, относившихся к Атлантическому флоту (VF-24, VF-74, VF-102, VF-103, VF-142, VF-143, VF-211).

Надо сказать, что согласно подписанному в 1984 г. контракту, программа «А Plus» рассматривалась лишь как первый этап обновления F-14. Второй этап предусматривал создание куда более совершенного варианта F-14D Super Tomcat, главной фишкой которого должно было стать современное БРЭО с цифровой обработкой данных. По оценкам разработчиков, это оборудование вкупе с мощными и надежными двигателями позволяло обеспечить F-14D превосходство над советскими истребителями 4-го поколения.

Во время реализации программы F-14D на цифровой стандарт перевели до 60% БРЭО истребителя. Прежняя аналоговая РЛС уступила место новой Hughes AN/APG-71, унифицированной с радаром AN/APG-70, установленным на истребителе F-15E. Станция имела большую дальность обнаружения, расширенную зону перехвата, улучшенные возможности селекции целей на фоне подстилающей поверхности, а также разрешения целей в плотном строю и их идентификации за пределами визуальной видимости (впервые на самолетах ВМС США). Улучшилась и ее помехозащищенность. Кроме того, новая антенная решетка позволила использовать РЛС в моноимпульсном режиме при незначительных боковых лепестках диаграммы направленности. Появился и режим картографирования местности.

F-14D получил и новую пассивную комбинированную систему обнаружения IRSTS с ИК и телевизионным каналами с дальностью действия до 80 км. Система была способна сопровождать малозаметные цели, а также одновременно «держать под прицелом» несколько объектов. Монтировалась IRSTS снизу носовой части фюзеляжа в сдвоенном контейнере.

Эволюция пассивной системы обнаружения F-14


ранний вариант, только антенна РЭБ AN/ALQ-100


ИК-сенсор и антенна РЭБ AN/ALQ-100


система TCS


комбинированная система IRSTS

В состав навигационного оборудования самолета вошла инерциальная система AN/ASN-130A со встроенной цифровой вычислительной машиной LC-4516C (позже появилась AN/ASN-139 на лазерных гироскопах). Еще одним новым элементом БРЭО стал терминал объединенной системы распределения тактической информации JTIDS, позволявший обмениваться данными в скрытой и помехозащищенной форме. Работу бортового оборудования обеспечивали два бортовых компьютера AN/AYK-14. Передача данных осуществлялась по пяти шинам стандарта MIL-STD-1553В.

Кроме того, F-14D получил и другую современную «начинку», в том числе — новые катапультные кресла Martin-Baker Mk14 (NACES). К слову, такими креслами планировали оснастить все «Томкэты», но получили их только вновь построенные и модернизированные до стандарта «D» истребители. Органы управления самолетом были модифицированы в соответствии с концепцией HOTAS. Кабину оснастили многофункциональными ЖК-дисплеями.

Вооружение новых машин включало усовершенствованную ракету AIM-54C со встроенной системой охлаждения ГСН, благодаря чему удалось избавиться от довольно капризной и трудоемкой в обслуживании аналогичной бортовой системы с маслом в качестве рабочего тела.

Для испытаний по программе F-14D были модифицированы четыре F-14A. Первым из них поднялся в воздух 23 ноября 1987 г. самолет № 161865, который использовался в качестве летающей лаборатории по доводке новой авионики, включая радар AN/APG-71. Остальные машины (№№ 161623, 161867 и 162595) подключили к испытаниям в 1988 г. По их завершении разработчик заявил о своем новом детище: «Полностью обновленный F-14D имеет внутренности, которых еще не видел мир», — и это было недалеко от истины.

С учетом перспективности всех нововведений фирма рассчитывала, что F-14D обеспечит ей стабильную загруженность и позволит хоть как-то компенсировать финансовые потери прежних лет. И действительно, относительно «Супер Томкэта» флот строил довольно амбициозные планы, предусматривавшие постройку 304 новых машин и модернизацию до этого стандарта 200 ранее выпущенных. Однако времена «холодной войны» прошли, и этим намерениям не суждено было сбыться. Сначала количество новых F-14D сократили до 127, правда, увеличив заказ на модернизируемые до 400. Когда же Советский Союз канул в Лету, министр обороны США Дик Чейни вычеркнул дальнейшее производство F-14D из бюджета своего ведомства на 1992 финансовый год. В результате Grumman успела построить и передать флоту только 37 новых самолетов и 18 модернизированных.

На флот «дэшки» попали в июле 1992 г. Полученных 55 машин хватило для переоснащения только трех эскадрилий первой линии — VF-2, VF-11 и VF-31. Уже в 1997 г. VF-11 снова «оседлала» F-14В, передав более новые самолеты на доукомплектование двух других подразделений.

Все F-14D были укомплектованы оборудованием для использования разведывательного контейнера TARPS. О нем стоит сказать особо. В состав оборудования контейнера входили два АФА: KS-87 для детальной съемки и КА-99 — для панорамной, а также ИК-сканер AAD-5. Набор, в общем-то, нехитрый. Спроектированный для ведения разведки с малых и средних высот, он начал применяться на «Томкэтах» еще в 1981 г. Правда, до появления F-14D его могли использовать, как правило, не более трех самолетов в эскадрилье (известно об оборудовании под контейнер 65 машин с 60-й по 125-ю серию), Первыми эти разведконтейнеры получили эскадрильи VF-84 (авианосец USS Nimitz) и VF-122 (авианосец USS Constellation).

После снятия с вооружения палубных разведчиков RF-8G Crusader весной 1988 г. «Томкэты» с TARPS стали основными «глазами» авианосных ударных групп. Кстати, такие машины часто привлекались к сопровождению советских дальних разведчиков и противолодочных самолетов, при этом они детально фотографировали все, что могли. Затем на основе этих снимков составлялись подробные каталоги каждой такой советской машины. Американские эксперты не исключают, что «Томкэты»-разведчики использовались и для наблюдения за Никарагуа в середине 1980-х гг.

Tomcat обладал значительным потенциалом ударного самолета, который до поры оставался невостребованным. Большая масса боевой нагрузки (более 6,5 т), серьезный радиус действия (до 1 200 км при боевом патрулировании), сверхзвуковая скорость у земли, многорежимность — грех было не воспользоваться такой платформой в пору многочисленных региональных конфликтов.

Еще в 1972 г. выполнялись полеты F-14А с 18 бомбами Mk82 (калибр 227 кг) и комплектом НАР Zuni. Но первое бомбометание с «Томкэта» флотские летчики осуществили только 8 августа 1990 г. Ударные возможности самолета сильно ограничивало отсутствие на борту прицельной аппаратуры для оружия класса «воздух-земля». Даже добавленная в 1994 г. система, позволявшая истребителю использовать бомбы GBU-10, GBU-12, GBU-16 и GBU-24 с лазерным наведением, не давала полной автономности их применения: подсветку целей должны были обеспечивать другие ЛА. Например, 5 сентября 1995 г. пара F-14 из эскадрильи VF-41 атаковала цели на территории Сербии бомбами GBU-16. Лазерную подсветку при этом осуществляли F/A-18 при помощи станции AN/AAS-38A.

Ситуация изменилась в корне с появлением в арсенале «Томкэта» комплексной станции AN/AAQ-25 LANTIRN (Low Altitude Navigation and Targeting Infra-Red for Night) в подвесном контейнере. Она была сопряжена с системой управления оружием самолета посредством шины передачи данных: получаемая станцией информация, наряду с данными от РЛС, передавалась на тактический информационный дисплей в кабине оператора. LANTIRN имела приемник GPS, при этом антенна устройства размещалась на самолете.

Испытания станции на летающей лаборатории F-14B начались 21 марта 1995 г., поставки в строевые части — в июне 1996 г. Всего было поставлено 75  (по другим данным — 89) станций, и по завершении программы в каждой эскадрилье находились 6…8 переоборудованных машин. Благодаря новой системе истребители стали фактически многофункциональными машинами, получив возможность самостоятельно применять боеприпасы с лазерным наведением JDAM, что они и делали, начиная с февраля 2002 г. (операции «Несокрушимая Свобода», «Свобода Ираку» и др.). Сеющие «свободу» пилоты очень положительно отзывались о новых возможностях, которые предоставляли им JDAM. Простота применения, дальность более 12 миль (19 км) и возможность сброса с больших высот, что исключало заход в зону поражения средств ПВО — о чем еще мечтать?

Так, с течением времени Tomcat превратился в Bombcat — такое полуофициальное название получил F-14, адаптированный к новым задачам. И вольно или невольно почти реализовалась давняя мечта Уильяма Хаусера, еще в начале карьеры «Томкэта» мечтавшего о единой боевой многоцелевой платформе на базе этого самолета. Разнотипность базировавшейся на авианосцах авиатехники создавала для командования серьезные трудности с ее материально-техническим обепечением и эксплуатацией. Решение виделось в создании на базе «Кота» разведчика RF-14 для замены Vigilant и Crusader, ударного AF-14 (замена Intruder и Corsar), а также специализированного самолета радиоэлектронного противодействия EF-14 по аналогии с ВВСовским EF-111. Однако такие перспективы наверняка многих не устраивали, да и стоимость одного AF-14, без сомнений, была бы сопоставима со стоимостью нескольких «Корсаров».

Краткий послужной список

В ходе повседневной учебы экипажи F-14 отрабатывали, в основном, боевое патрулирование и перехват воздушных целей. При отработке патрулирования истребители взаимодействовали с самолетом дальнего радиолокационного обнаружения Е-2С Hawkeye. С авианосца поднималась пара «Томкэтов». вооруженных четырьмя «Фениксами», а также двумя парами «Спэрроу» и «Сайдвиндер» (плюс два ПТБ). Она выходила в район патрулирования на удалении 550 км от авианосца, находилась там от 50 мин до 1,5 ч. а затем возвращалась обратно. При отработке перехвата из положения дежурства на палубе истребители достигали рубежа перехвата на скоростях 1,3М или 1,5М. при этом радиус их действия (с вооружением, аналогичным описанному выше) составлял 320 и 250 км соответственно. Для F-14D эти показатели достигали 515 и 400 км.

Однообразие типовых задач скрашивали периоды переподготовки на авиабазе Оушена, где летчики Атлантического флота США оттачивали мастерство по ведению маневренного воздушного боя, а также отрабатывали упражнения по выходу из штопора. Каждый пилот проходил такие трехнедельные «курсы повышения квалификации» с интервалом от 9 до 18 месяцев. Интересно, что методика вывода «Томкэта» из штопора отрабатывалась исключительно на тренажерах и единственном в ВМС США самолете, допущенном к такой практике — учебно-тренировочном Т-2 Buckeye. При этом многие пилоты отмечали, что ввести в штопор тренажер значительно труднее, чем реальный Tomcat.

Роль противника при отработке воздушных боев играла расквартированная в Оушене эскадрилья «агрессоров» VF-43 Challengers, в составе которой находились самолеты А-4 Skyhawk (имитировали МиГ-19/21) и F-21 Kfir (имитировали МиГ-23). В ходе переподготовки каждый пилот выполнял не менее 12 полетов на воздушный бой, которые тщательно анализировались в учебном классе. Значительное время уделялось и подготовке на тренажере. По окончании курсов пилот получал так называемую «голубую книгу», в которой были отражены все результаты его учебных боев. Самые успешные летчики отправлялись в центр «Топ Ган», большинство же возвращалось в свои эскадрильи.

Учитывая ограниченный объем журнальной публикации, остановимся лишь на кратком обзоре наиболее заметных событий из боевого применения «Томкэта».

19 августа 1981 г. пара F-14А из эскадрильи VF-41 сбила два Су-22 из состава ВВС Ливии. По американской версии, «Томкэты» патрулировали воздушное пространство, эскортируя авианосец USS Nimitz, когда получили информацию от самолета Е-2С Hawkeye о приближении ливийской пары. После того, как ведущий Су-22 выпустил по «Томкэтам» ракету Р-13, F-14 ответным огнем поразили обе ливийские машины, используя УР «Сайдвиндер».

4 января 1989 г. также у берегов Ливии пара F-14A из эскадрильи VF-32 (авианосец USS John F. Kennedy) сбила два ливийских МиГ-23 в ходе воздушного боя. Первая пущенная с ведущего «Томкэта» УР «Спэрроу» прошла мимо цели, в то время как аналогичная ракета ведомого самолета поразила «МиГ». Вторая машина была сбита УР «Сайдвиндер», выпущенной ведущим американской пары после неудачи со «Спэрроу».

6 февраля 1991 г F-14А из состава эскадрильи VF-41 (авианосец USS Ranger) сбил иракский Ми-8. В то же время, в ходе операции «Буря в пустыне» иракской зенитной ракетой был сбит один самолет. Кстати, участвовавшая в этой операции сотня F-14 только за январь 1991 г. совершила 3 401 вылет на эскортирование ударных эшелонов и обеспечение ПВО авианосных групп. Кроме того, был выполнен 781 вылет на разведку.

5 января 1999 г. пара F-14D (авианосец USS Carl Vinson) из эскадрильи VF-213 выпустила два «Феникса» по паре иракских МиГ-25, оказавшихся в так называемой запрещенной для полетов зоне. Это был первый случай применения американцами AIM-54 в боевых условиях. Иракские летчики, пилотировавшие далеко не самые маневренные самолеты, смогли уйти от ракет.

«Томкэты» принимали участие в значительном количестве операций, проводимых в 1980…90-е гг. американским флотом. Это и «миротворческая миссия» в Ливане (1983 г.), в ходе которой, по некоторым данным, сирийские ракетчики сбили три F-14. Американские источники это не подтверждают, сообщая только об обстреле самолетов и потере двух штурмовиков. Это перехват и принуждение к посадке на итальянской базе Сигонелла лайнера Boeing-737 с террористами на борту (1985 г.), и прикрытие ударного эшелона в ходе налета на Триполи в 1986 г., и участие во всех иракских войнах, и бомбардировки Югославии. Кроме того, «Томкэты» с контейнерами TARPS привлекались к разведывательным миссиям над Бейрутом и его окрестностями (вторая половина 1982 г.), Сомали и Гренадой (1983 г).

К сентябрю 1999 г. в составе ВМС США находилось только 13 эскадрилий, вооруженных «Томкэтами». При этом некоторым машинам «стукнуло» уже 27 лет — возраст для истребителя солидный. Тем не менее, и в XXI веке им нашлась работа. Пять эскадрилий (VF-2, VF-31, VF-32, VF-211 и VF-213), начиная с 2003 г., принимали участие в последней иракской войне. По заявлению представителя командования 41-го авианосного авиакрыла (авианосец USS Abraham Lincoln), даже с появлением на вооружении F/A-18E, Tomcat оставался «платформой для точечных ударов».

Интересно, что в той войне F-14 работали и с сухопутных аэродромов в интересах Сил специальных операций. Подробности самих операций на западе Ирака, равно как и задачи самолетов в них, до сих пор секретны. Но, по словам американских адмиралов, только Tomcat мог с ними справиться. Большой радиус действия без дозаправки (800 миль, которые самолет преодолевал за 1,5…2 ч), большая боевая нагрузка, длительное время барражирования и небольшое время реакции по вызову благодаря высокой скорости — все это сделало F-14 незаменимым в таком деликатном вопросе, как спецоперации. Да и прицельные возможности станции LANTIRN оказались, по мнению военных, лучше, чем аналогичной по назначению системы Nighthawk истребителя F/A-18.

Ранее, в октябре 2001 г., «Томкэты» с авианосцев USS Enterprise и USS Karl Vinson вместе с самолетами F/A-18 наносили удары по базам террористов в Афганистане. Так, например, 9-го октября истребители совершили налет на базу в Мазари-Шарифе, уничтожив на аэродроме авиатехнику талибов. При этом пройденное ударными машинами расстояние составило около 2 700 км.

Иранский след в биографии

Как следует из многочисленных публикаций на этот счет, своему появлению в Иране «Томкэты» обязаны регулярным полетам советских разведчиков МиГ-25 над территорией страны. Вот и коммандер (полковник — по-нашему) резерва ВМС США Джек Салливан (Jack Sullivan), находившийся в Иране в качестве основного менеджера Grumman, рассказывал, что часто общался с командующим тактическими ВВС Ирана, и тот говорил ему, что «… во время общения с советским премьер-министром шах спросил его, не летают ли русские самолеты над его страной. «Нет», — ответил премьер. Очень хорошо, — сказал шах, — потому что я закупил 80 F-14 и намерен сбивать нарушителей».

В январе 1974 г. Иран подписал контракт на поставку 30 самолетов, а в июне число заказанных машин было увеличено до 80. Также были заказаны 714  (по другим данным — 400) УР «Феникс». Месяцем раньше первые иранские летчики отправились на переучивание в США, в то время как большая группа американских специалистов (по некоторым данным, около 1 000 человек) прибыла в Иран для организации процесса эксплуатации новой авиатехники.

Поставки авиатехники начались в январе 1976 г. В Иран поставлялись самолеты «блок 90» и «блок 95», оснащенные более надежными двигателями TF30-P-414А и несколько упрощенным БРЭО. К маю следующего года парк иранских «Томкэтов» насчитывал уже 12 машин. Для базирования новой техники специально подготовили два аэродрома: Исфахан и Шираз.

Подготовка летчиков и поставки истребителей шли своим чередом. В августе 1977 г. военные продемонстрировали возможности нового комплекса перехвата, уничтожив ракетой «Феникс» мишень BQM-34E, летевшую на высоте более 15 км.

И все бы, как говорится, хорошо, но произошедшая в Иране 11 февраля 1979 г. исламская революция прервала дальнейшие контакты персидских и американских специалистов. Правда, к тому времени Иран получил 79 из 80 заказанных машин, но «Фениксов» поступило всего 284 штуки. Более того, как сообщали несколько зарубежных изданий, в результате совершенной диверсии иранские F-14 потеряли возможность их применения. Через какое-то время обострилась и проблема нехватки запчастей, что вынуждало вводить самолеты в строй методом «каннибализации».

Разразившаяся в сентябре 1980 г. ирано-иракская война заставила в спешном порядке освобождать из тюрем специалистов (летчиков, техников и др.), попавших туда в ходе революции, и бросить все силы на восстановление боевого потенциала ВВС, практически уничтоженного за короткое революционное время.

Говорить определенно о результатах применения F-14 в ходе этой войны крайне трудно. Даже в количестве исправных самолетов зарубежные эксперты «плавают»: в их материалах фигурируют и «четыре-пять», и «десять», и «двадцать». В 1984 г. Пентагон опубликовал свою оценку «кошачьего потенциала», полагая, что за счет разукомплектования самолетов Иран был в состоянии поддерживать в исправности 15…20 машин. Иранские источники объявили эту оценку «империалистической пропагандой» и заявили о значительно большем количестве боеготовых самолетов, но до каких-либо уточнений не снизошли.

Основной задачей «Томкэтов» в ходе войны было прикрытие Тегерана от налетов иракских бомбардировщиков. Результативность этой работы также неоднозначна, так как ее оценки в зарубежных СМИ порой диаметрально противоположны. Так, уже знакомый нам Джек Салливан говорит о встрече с иранским пилотом, приехавшим в США после ирано-иракской войны. Этот пилот рассказывал Салливану о том, что иранцы использовали прекрасный радар «Томкэта» в качестве РЛС наведения истребителей на самолеты противника, по аналогии с тем, как американцы применяют Hawkeye. Вот только о сбитых «Томкэтом» иракских самолетах этот пилот почему-то умолчал. Военная тайна?

По окончании войны Ирак заявил об 11 сбитых F-14A (хотя во время войны их количество в реляциях доходило до 70). Иран признал сбитым лишь один самолет в марте 1983 г. Правда, персы заявили о потерянных «Томкэтах» вследствие отказов двигателей. В принципе, такое вполне возможно, если F-14 вступает в ближний воздушный бой с тем же МиГ-21, и противник вытягивает «Кота» на большие углы атаки.

Что касается пораженных «Томкэтами» самолетов противника, то Иран заявил о 35…40 сбитых машинах, что, естественно, не подтвердила противоборствующая сторона. Достаточно авторитетный среди экспертов ACIG Journal приводит еще более высокие потери иракской стороны — около 50 сбитых самолетов и вертолетов. К слову, тот же источник указывает на 17 сбитых иракскими истребителями «Томкэтов», но… тут же делает оговорку, что существуют значительные расхождения в оценке потерь иранских истребителей, и достоверной может считаться лишь одна, происшедшая 11 августа 1984 г. около острова Харк, т.к. она подтверждена послевоенным исследованием места крушения F-14.

Другой известный авторитет в области американской военной авиации Джозеф Бауджер (Joseph F. Baugher) приводит (по датам) данные о десятке сбитых иранских машин. Причем, 11 августа 1984 г., по его сведениям, были потеряны сразу 3 самолета. «Невозможно судить о достоверности этих данных, — пишет Дж. Бауджер, — но в них нет ничего совершенно неправдоподобного».

С иранскими «Томкэтами» встречались и советские летчики в период афганской войны. Так, Як-28Р из 39-го ОРАП при выполнении разведполета нарушил границу Ирана и был перехвачен парой F-14A. Советским летчикам пришлось маневрировать у самой земли на максимальной скорости, но иранцы все время висели на хвосте разведчика. Они продолжали преследование и после того, как Як-28Р пересек советскую границу в районе Кушки. Лишь углубившись на 40…50 км, иранцы опомнились и ушли к себе на предельно малой высоте.

В период 1982…86 гг. «персидские кошки» привлекались к боевому патрулированию воздушного пространства над стратегически важными объектами страны (Тегеран, о. Харк). Как правило, их сопровождали танкеры Boeing 707-3J9C. За счет дозаправок, количество которых доходило до четырех, «Томкэты» могли вести патрулирование до 10 ч.

Несмотря на эмбарго на поставку запасных частей со стороны США, персидские F-14А продолжают находиться в боевом строю. По данным американской разведки, Ирану удалось наладить производство до 70% необходимых запчастей в цехах Iranian Aircraft Industries (HESA). Там же производится и местный вариант УР «Спэрроу». В прессе также появлялись фото, на которых в качестве подвесного вооружения (на подкрыльевом пилоне) фигурирует зенитная ракета комплекса Improved Hawk.

В июне 2010 г. зарубежная пресса цитировала заявление главы пресс-службы ВВС Исламской республики Иран Азиза Назирзаде (Aziz Nasirzadeh), касавшееся состояния парка иранских F-14. Он описал флот «Томкэтов», как полностью отремонтированный. Более того, чиновник заявил, что Иран в состоянии производить РЛС для самолета и модернизировать его двигатели без посторонней помощи. Он также заметил, что самолет получил бомбовое вооружение нового поколения.

Как бы там ни было, но США все еще опасаются, что комплектующие покинувших строй американских «Томкэтов» могут повысить боевой потенциал ВВС Ирана. А посему в отличие от большинства снимаемых с вооружения машин, находящих свое последнее пристанище на базах хранения, F-14 утилизировали.

В зарубежных источниках можно встретить и довольно интересную информацию о передаче Ираном Советскому Союзу «живого» «Томкэта» в обмен на оружие. Однако достоверных подтверждений этого до сих пор не поступало.

Закат солнца вручную

Летная карьера «Томкэта» в ВМС США завершилась в 2006 г. 28 июля самолет с бортовым номером 112 из эскадрильи VF-31 под управлением пилота лейтенанта Блэйка Коулмэна (Blake Coleman) и оператора лейтенант-коммандера Дэйва Лаудербауха (Dave Lauderbaugh) в 16:42 последний раз взлетел с катапульты № 3 авианосца USS Theodore Roosevelt. А официальное прощание с последним флотским «Котом» состоялось 21…23 сентября на военно-морской авиабазе Оушена (Вирджиния Бич, шт. Вирджиния). На самой базе самолету был открыт монумент, его карьере посвятили симпозиум, перед завершающим полетом прошел торжественный митинг, после — собрание в клубе. Как говорится, все чин по чину. 22 числа в 11:15 Tomcat (№ 164902) описал прощальный круг над аэродромом. Не обошлось без конфуза. В воздух поднялся резервный истребитель, т.к. на основной машине (№ 164904) после запуска двигателей произошел отказ.

Этими мероприятиями и закончилась 35-летняя карьера самого тяжелого, самого скоростного и самого дальнего (на сегодняшний день) истребителя авиации ВМС США. «Длинная рука» авианосцев прекратила свое существование.

В глазах всех, кто был связан с этим самолетом, замена на F/A-18 Hornet не выглядит равноценной. Как перехватчик, Hornet и «близко не стоял» с F-14 из-за отсутствия В арсенале ракет большой дальности и столь же мощной РЛС. Как ударный самолет, он имеет значительно меньший радиус действия при сопоставимой боевой нагрузке. Аргументы о более низкой стоимости «сменщика» также не выглядят однозначными. Сегодняшняя стоимость F/A-18E/F составляет порядка $55 000 000, а стоимость F-14D (с учетом инфляции) — $49 000 000 ($38 000 000 в ценах 1998 г.). Многие эксперты явно указывают на мощное лобби, продвигавшее Hornet на всех этапах принятия решения о замене.

Единственное, в чем сходятся эксперты, так это в том, что F/A-18 в эксплуатации проще и дешевле. Многие наземные специалисты хоть и отзываются о «Томкэте» с большой теплотой и любовью, все же не забывают упомянуть, что обслуживание этого самолета было весьма сложной и трудоемкой задачей, особенно — на начальном этапе эксплуатации. Поданным на 1980 г., Tomcat был самым «трудозатратным» самолетом авиации ВМС США. Так, налет на одну неисправность составлял 8,2 ч, трудозатраты на устранение неисправности (неплановое ТО) — 19,8 чел./ч., среднее количество вылетов на одну неисправность — 4,9, трудозатраты на обслуживание в расчете на час полета — 40 чел./ч (у F/A-18 этот показатель в 2 раза ниже).

Закат карьеры самого мощного истребителя флота США просматривался еще с конца 1990-х гг., когда полным ходом шла его замена в палубных эскадрильях. Трудно поверить, но со страниц американской прессы именно тогда прозвучала мысль: а не закупить ли для замены «Томкэта» у русских Су-27? Дискуссия по этому вопросу развернулась на страницах авторитетного Flight Journal (август 1999 г.), а ее участниками стали не всезнающие «эксперты», а очень компетентные люди: экс-вицепрезидент Grumman Corporation по программам развития Роберт Кресс (Robert W. Kress) (кстати, главный инженер программы F-14) и отставной адмирал Поль Джиллкрист (Paul Gillcrist), в прошлом летчик-палубник.

Сравнивая характеристики нескольких истребителей, специалисты пришли к выводу, что именно Су-27, благодаря большой боевой нагрузке, высокой тяговооруженности и значительному радиусу действия, как нельзя лучше подходит для замены «Томкэта». Высоко оценивая Су-27, участники дискуссии полагали, что за счет установки более совершенных двигателей (фигурируют ТРДДФ пятого поколения) и доработки авионики под американские стандарты они могли бы получить самолет, удовлетворяющий авиацию флота по всем параметрам. И при этом сэкономить значительные средства налогоплательщиков. По данным, которыми они располагали (со ссылкой на российские источники), покупка одного планера Су-27 могла обойтись бюджету в $8 000 000. Наличие готовой палубной версии также было зачислено в актив российского истребителя.

Рассматривалось несколько вариантов взаимодействия: закупка планеров с последующим комплектованием «местными» двигателями и авионикой, приобретение лицензии на производство без права экспорта в третьи страны, а также поставка машинокомплектов и крупноузловая сборка самолетов в США с частичной локализацией. Конечно, с учетом политических реалий такой сценарий был скорее гипотетическим, но, по мнению авторов, если бы он осуществился, флот США не утратил бы возможностей по «глубокому проникновению» в ходе локальных конфликтов и «миротворческих» миссий, возможных в будущем.

В итоге

Дать однозначную оценку F-14 по критерию «хороший или плохой» вряд ли кому удастся. Идеальных самолетов не бывает, и у каждого есть как достоинства, так и недостатки. Вопрос в том, чего больше? На взгляд автора, больше — первых. С появлением в авиации флота США дальнего перехватчика рубеж ПВО был отодвинут от авианосных ударных групп на многие сотни миль. Реализация концепции уничтожения противокорабельных крылатых ракет вместо концепции уничтожения носителя оказалась возможной исключительно благодаря появлению самолета, способного обнаруживать и уничтожать несколько целей одновременно. Заметьте — первого такого самолета в мире.

С точки зрения развития мировой аэродинамики, Tomcat стал фактически родоначальником интегральной компоновочной схемы с несущим фюзеляжем и разнесенными мотогондолами. Впоследствии такая схема была успешно использована на советских истребителях 4-го поколения.

Для F-14 характерны и многие другие определения с формулировкой «первый»: первый истребитель с ТРДДФ (F-111 к истребителям имеет отношение не большее, чем Су-24), первый (и на сегодняшний день последний) самолет флота США с КИС, первый истребитель, оснащенный УР большой дальности. Как перехватчик, Tomcat, без сомнения, был самым мощным в мире до появления МиГ-31М. И это на основе технологий начала 1970-х гг.!

С точки зрения маневренных возможностей, сделать самолет, не уступающий МиГ-21, Пилихечу все же не удалось. Но тут причина, скорее, не в планере, а в силовой установке. Вполне сносная маневренность в горизонтальной плоскости и недостаточная (по крайней мере, на F-14A) в вертикальной — это результат невысокой тяговооруженности.

Тем не менее, Tomcat не был «летающей мишенью» для пилотов МиГ-23МЛД 169-го смешанного авиаполка, который базировался в 1980-е гг. на вьетнамской авиабазе Кам Рань. Как правило, радары «Котов» засекали наши самолеты практически сразу после взлета (в боевых условиях это означало бы дальнейший пуск «Фениксов» с соответствующими последствиями). Исход последующего маневрирования с имитацией ближнего воздушного боя (кто кому «зайдет в хвост») часто зависел от опыта воздушных бойцов обеих сторон. И не всегда «победа была за нами». Поэтому делать вывод о том, что F-14 как истребитель оказался совсем неудачным, автор бы не стал. Заслуга конструкторов Grumman в том, что им удалось создать тяжелый многоцелевой истребитель с неплохими возможностями по ведению ближнего воздушного боя.

Пресса неоднократно публиковала материалы, содержавшие критические суждения аналитиков в отношении эффективности главного оружия «Томкэта» — ракет AIM-54. Некоторые авторы даже утверждали, что нет ни одного документального подтверждения успешного применения этих УР по пилотируемым воздушным целям.

Надо иметь в виду, что F-14 как комплекс перехвата предназначался, прежде всего, для борьбы с советскими противокорабельными крылатыми ракетами, а также их носителями, т.е. целями не маневренными. Во время испытаний и учений экипажи «Томкэтов» успешно справлялись с мишенями, имитировавшими такого противника. Однако в реальных боевых условиях им пришлось иметь дело с фронтовой авиацией или перехватчиками МиГ-25. Установленные на этих самолетах системы обнаружения облучения РЛС позволяли засечь пуск «Феникса», после чего у летчика оставалось не менее полутора минут для уклонения от атаки. Те же МиГ-25 за это время могли попросту уйти за пределы досягаемости AIM-54.

Еще один важный момент, затрудняющий дать объективную оценку «Фениксам», это отсутствие опубликованной статистики их боевого применения, основанной на документальных источниках.

Со временем Tomcat стал и почти полноценным ударным самолетом без снижения потенциала перехватчика. Почти, потому что в номенклатуре вооружений отсутствовали УР класса «воздух-поверхность». Минус существенный, но и спорный в то же время. В истории авиации есть немало примеров, когда даже специализированные самолеты такой возможности не имели (к примеру, Су-7, Ил-102). В то же время, привлечение F-14 для выполнения ударных миссий в Югославии и Ираке (при наличии в арсенале флота специализированных штурмовиков) свидетельствует о том, что ряд задач мог выполнить только Bombcat.

По традиции, сравним F-14 с аналогичной авиатехникой других производителей. Приглядевшись внимательно, мы обнаружим, что единственным самолетом, с которым можно сравнивать Tomcat как по назначению, так и по большинству параметров, является советский перехватчик МиГ-31. Причем, по совокупности характеристик их можно назвать самолетами одного порядка.

Создание обеих машин началось практически одновременно — в 1968 г. Но первый прототип МиГ-31 поднялся в небо без малого пятью годами позже «Томкэта». Это связано не столько с техническими проблемами, сколько с организационными моментами в программе. Серийное производство отечественного перехватчика развернулось в 1979 г., когда львиная доля построенных F-14А уже поступила в строевые части. Но жизненный цикл «МиГа» оказался длиннее: благодаря нескольким модернизациям самолет продолжает оставаться на вооружении до сих пор. Более того, и замены ему пока не просматривается.

Что касается летно-технических характеристик, то МиГ-31 обладает большими скоростью, скороподъемностью у земли и максимальной взлетной массой. Все остальное — в пользу «Томкэта», При значительно меньшем запасе топлива (7 350 кг против 15 500 кг) «американец» имеет большие радиус действия и дальность полета, а также массу боевой нагрузки (6 500 кг против 3 000 кг). Максимальная эксплуатационная перегрузка у F-14 также выше (7,5 против 5).

Заявленные боевые возможности «Томкэта» (обнаружение 24 целей, атака 6 наиболее значимых на рубежах до 200 км) также выделяли этот комплекс в лучшую сторону относительно МиГ-31, потенциал которого был изначально скромнее (обнаружение десяти, атака четырех). Но с появлением на рубеже 1980…90-х гг. МиГ-31М этот недостаток был исправлен. Более того, модернизированная РЛС «Заслон М» вкупе с ракетами Р-33С и Р-37 позволили отечественному самолету осуществлять перехват целей на рубеже более 300 км, обнаруживая (точь-в-точь как на F-14) 24 цели и атакуя 6. Жаль только, что МиГ-31М до серии так и не дошел, а на модернизированном МиГ-31БМ его потенциал реализован лишь частично.

В целом же, последний «кот» фирмы Grumman стал вехой на пути развития мировой авиации. Без преувеличения — многоцелевой, без оговорок — маневренный, без сомнения — дальний, мощный, высотный и скоростной. Серьезный противник, в общем.

По иронии судьбы, Tomcat стал могильщиком фирмы, его создавшей. Неверно выбранные параметры контракта, когда стоимость изделия фиксировалась в цифрах без учета инфляции, привели к тому, что Grumman была вынуждена «приплачивать» по одному миллиону долларов за каждую выпущенную машину. Что в итоге привело к разорению компании и ее поглощению фирмой Northrop. Очень многие создатели лучшего в западном мире перехватчика впоследствии оказались без работы. Такой вот грустный финал.


[1] Разновидность эжекторного реактивного сопла очень сложной конструкции. Створки ходят по профилированным рельсам. Внешний контур, в зависимости от режима работы, изменяет конфигурацию основной части с диффузора на конфузор: при дозвуковом истечении газа диффузор длинный, конфузор практически отсутствует, а при сверхзвуковом — диффузор укорачивается, конфузор удлиняется.


Основные ЛТХ истребителей F-14 Tomcat

 

 

F-14A

F-14B

F-14D

Длина

м

18,89

Размах крыла при стреловидности 20°

м

19,54

Размах крыла при стреловидности 68°

м

11,45

Размах крыла при стреловидности 75°

м

9,97

Высота самолета

м

4,06

Площадь крыла при стреловидности 20°

м²

52,5

База шасси

м

7,0

Колея шасси

м

5,0

Двигатели:

 

 

     тип

 

TF30-P-412

F110-GE-400

     тяга на максимальном режиме

кгс

5 600

7 525

     тяга на форсажном режиме

кгс

9 500

12 695

Масса:

 

 

     пустого

кг

18 191

18 951

19 838

     топлива во внутренних баках

кг

7 350

     топлива в подвесных баках

кг

1 640

     максимальной боевой нагрузки

кг

6 500

     нормальная взлетная с четырьмя УР «Спэрроу»

кг

27 100

     нормальная взлетная с шестью УР «Феникс»

кг

32 100

     максимальная взлетная при взлете с аэродрома

кг

32 669

33 724

     максимальная взлетная при взлете с катапульты

кг

-

-

34 473

Скорость:

 

 

 

 

     максимальная на высотах более 10 000 м

км/ч

2 500 (2.34М2)

     максимальная у земли

км/ч

1 470

     крейсерская

км/ч

740…1 000

     захода на посадку

км/ч

231.5

     эволютивная

км/ч

195

Скороподъемность на уровне моря

м/с

150

180

180

Набор высоты 18 000 м без наружных подвесок

с

130

50

50

Практический потолок

м

17 000

Радиус действия:

 

 

     4×Phoenix, 2×Sparrow, 2×Sidewinder, 2×ПТБ, патрулирование 1,5 часа

км

280

550

550

     14×Mk82 и 2×ПТБ, переменный профиль полета

км

~1 170

Максимальная дальность полета, км

км

3 200

3 800

3 800

Минимальная взлетная дистанция при базировании на аэродроме

м

430

Минимальная посадочная дистанция при базировании на аэродроме

м

890

[2] эксплуатационное ограничение — 2,25М


Краткое техническое описание палубного истребителя Grumman F-14A Tomcat

Самолет выполнен по нормальной аэродинамической схеме и представляет собой реактивный двухдвигательный высокоплан с крылом изменяемой стреловидности, двухкилевым вертикальным оперением, цельноповоротным дифференциально отклоняемым стабилизатором и убираемым в полете шасси. В его конструкции широко используются титановые сплавы (силовые шпангоуты и продольный силовой набор фюзеляжа, силовая балка, лонжероны и панели крыла), а также применяются полимерные композиционные материалы. Экипаж самолета состоит из двух человек: летчик и оператор РЛС.

Фюзеляж самолета — полумонококовой конструкции, технологически разделен на три секции: переднюю, центральную и хвостовую. Силовые шпангоуты, к которым крепятся опоры шасси, двигатели и хвостовое оперение, выполнены из титана, остальные — из стали. В передней секции фюзеляжа расположены отсек РЛС и кабина экипажа с тандемным расположением рабочих мест. Кабина оборудована двумя катапультными креслами Martin-Baker GRU-7A класса «0-0». Рабочее место летчика оснащено органами управления самолетом и двигателями, а рабочее место оператора — специальным джойстиком управления РЛС. Оператор РЛС управляет также навигационным оборудованием, системой госопознавания и станциями постановки помех. Для доступа в кабину по левому борту имеются убираемая в фюзеляж стремянка и две складывающиеся подножки. Кабина закрыта фонарем, состоящим из козырька и откидывающейся вверх — назад крышки. На правом борту фюзеляжа рядом с козырьком кабины располагается штанга топливоприемника, которая в убранном положении закрыта створкой. Под кабиной экипажа находятся отсек пушки (по левому борту) и ниша убранного положения передней опоры шасси, а за кабиной — отсек БРЭО.

Штанга топливоприёмника

Основным силовым элементом центральной секции фюзеляжа является поперечная силовая балка, к которой шарнирно присоединены консоли крыла. Балка представляет собой топливный бак-отсек, разделенный перегородкой. Кроме того, внутри этой секции фюзеляжа находятся еще два топливных бака-отсека, а также агрегаты самолетных систем и блоки оборудования. По бокам центральной секции фюзеляжа располагаются сверхзвуковые регулируемые воздухозаборники прямоугольного поперечного сечения. Между воздухозаборником и бортом фюзеляжа имеется канал для слива пограничного слоя. Воздухозаборники управляются посредством автоматической системы регулирования С8684, которая в зависимости от режима полета отклоняет их створки. В верхней части канала воздухозаборника располагаются три подвижные створки, управляемые каждая отдельными гидроцилиндрами. Две передние створки сочленены между собой, а задняя — автономная. Между второй и третьей створками имеется щель для перепуска воздуха. До чисел 0,5М воздухозаборник максимально открыт (проходное сечение 0,66 м2), а по мере увеличения скорости полета сначала задняя, а затем передние створки отклоняются, обеспечивая стабильность воздушного потока на входе в двигатель.

Хвостовая секция фюзеляжа образована центральным отсеком и двумя мотогондолами. Снизу на мотогондолах закреплены подфюзеляжные гребни. Центральный отсек несет три тормозных щитка: один — на верхней поверхности и два — на нижней. Все тормозные щитки отклоняются на угол до 60°, однако на посадке отклонение нижних щитков ограничено углом 18°. Между нижними щитками располагается тормозной гак. Подвеска гака к фюзеляжу карданная, позволяющая ему вращаться в вертикальной плоскости и отклоняться в стороны на угол до 26°.

Крыло самолета состоит из неподвижного центроплана, интегрированного с центральной секцией фюзеляжа, и двух подвижных консолей. Внутри центроплана размещаются две передние аэродинамические поверхности треугольной формы в плане, которые могут выдвигаться в поток и выполнять при этом роль дестабилизатора. Максимальный угол их выдвижения — 15° от линии передней кромки центроплана. Управление этими поверхностями осуществляется по командам от вычислителя воздушных данных посредством гидропривода. Стреловидность центроплана по передней кромке — 68°.

Конструкция консоли крыла — кессонного типа, двухлонжеронная. Кессон является топливным баком. Каждая консоль крепится к силовой балке посредством двух шарниров (верхнего и нижнего), причем при разрушении одного из них конструкция сохраняет свою работоспособность. Аэродинамический профиль консоли — NASA-64А2; относительная толщина у корня — 10,2%, у законцовки — 7%. Угол стреловидности консолей (по передней кромке) в полете меняется в диапазоне 20°…68°. Угловая скорость их перемещения — 7,5°/с. Консоли поворачиваются с помощью гидромоторов и винтовых преобразователей. Какая-либо механическая синхронизация их положения отсутствует. Управление конфигурацией крыла осуществляется автоматической системой в зависимости от режимов полета либо летчиком вручную, для чего в кабине рядом с РУДами установлена соответствующая ручка. Для уменьшения габаритов самолета при авианосном базировании консолям придается угол 75°.

Консоль крыла по всему размаху оснащена предкрылком и трехсекционным двухщелевым закрылком. Элерон отсутствует. Максимальный угол отклонения предкрылка — 17°, закрылка — 35°. Выпуск механизации возможен при стреловидности крыла не более 50°, причем внутренняя секция закрылка работает только при минимальной стреловидности. Механизация крыла используется не только на взлете и посадке, но и в полете. При этом предкрылки отклоняются на угол до 7°, закрылки — до 10° по сигналам от системы CADC (central air-data computer). На верхней поверхности консоли расположены четыре секции интерцепторов, которые используются в полете для управления самолетом по крену (совместно со стабилизатором) и непосредственного управления подъемной силой, а также на посадке как тормозные щитки. Максимальный угол их отклонения — 55°. Внутренние и внешние секции интерцепторов работают независимо друг от друга. При стреловидности крыла более 57° отклонение интерцепторов блокируется.

На центроплане крыла имеются прижимные щитки, прикрывающие щели между центропланом и подвижными консолями. На верхней поверхности заднего отсека фюзеляжа закреплены мешки из специальной ткани, которые надуваются воздухом, отбираемым от компрессора двигателей, и заполняют щели между консолями крыла и фюзеляжем.

Хвостовое оперение состоит из двух килей с рулями направления и цельноповоротного стабилизатора. Стреловидность по передней кромке киля — 47°, стабилизатора — 51°. Руль направления отклоняется на угол ±30°, консоль стабилизатора поворачивается в диапазоне от -35° до +14°. Рули направления, носки и хвостики стабилизатора имеют трехслойную конструкцию с сотовым заполнителем. Обшивка стабилизатора выполнена из бороэпоксидного ПКМ.

Шасси самолета включает двухколесную переднюю и две одноколесные основные опоры. Опоры убираются против полета, при этом колеса основных опор поворачиваются на 90°. Стойки всех опор — телескопического типа, все колеса снабжены дисковыми тормозами и антиюзовыми устройствами. Амортизаторы основных стоек — двухкамерные жидкостно-газовые, обеспечивают безаварийную посадку с вертикальной перегрузкой до +6,5g. Амортизатор передней стойки — однокамерный жидкостно-газовый. Эта стойка оборудована кронштейном крепления к каретке паровой катапульты и механизмом вздыбливания. Передняя опора управляемая — электрогидравлический механизм обеспечивает поворот колес на угол ±70°. Этот же механизм является демпфером шимми. Размер основных колес — 939×292 мм, передних — 559×168 мм, давление в их пневматиках при наземном базировании — 17,23 и 7,38 кг/см², соответственно. При корабельном базировании давление в пневматиках всех колес — 24,61 кг/см².

Силовая установка самолета включает два ТРДДФ Pratt&Whitney TF30-P-412/414. Двигатель выполнен по двухроторной схеме: 3-ступенчатый вентилятор и 6-ступенчатый компрессор низкого давления находятся на одном валу с 3-ступенчатой турбиной низкого давления, а 7-ступенчатый компрессор высокого давления — на одном валу с одноступенчатой турбиной высокого давления. Камера сгорания — трубчато-кольцевая с 8 жаровыми трубами. Форсажная камера имеет 5 каскадов форсунок. Реактивное сопло — регулируемое, многолепесткового ирисового типа с переменным сечением. Регулировка створок внутреннего контура сопла осуществляется за счет перемещения управляющего кольца, расположенного вокруг створок. Створки внешнего контура — самоориентирующиеся.

Характеристики двигателя TF30-P-414A:

тяга на максимальном режиме

кгс

5 600

тяга на форсажном режиме

кгс

9 500

удельный расход топлива на максимальном режиме

кг/кгс·ч

0,69

удельный расход топлива на форсажном режиме

кг/кгс·ч

2,78

степень двухконтурности

 

0,9

сухая масса двигателя

кг

1 825

длина

м

6

диаметр

м

1,25

Топливная система включает пять внутренних баков-отсеков: два крыльевых (емкостью по 1 116 л), передний (2 616 л) и задний (2 453 л) фюзеляжные баки и расходный бак (1 726 л). В качестве расходного бака используется внутреннее пространство силовой балки, разделенное перегородкой на левую и правую половины. Правый крыльевой и передний фюзеляжный баки питают топливом правый двигатель, а левый крыльевой и задний фюзеляжный — левый. Для увеличения запаса топлива могут использоваться два подвесных бака по 1 010 л. Заправка топливом — централизованная одноточечная, под давлением 3,5 кг/см².

Система управления самолетом — бустерная, необратимого типа. Проводка управления — жесткая. Самолет оборудован системой автоматического управления с подсистемами улучшения устойчивости и управляемости.

Система электроснабжения использует два генератора мощностью 60 и 75 кВА с приводом от двигателей. Они обеспечивают бортовую сеть переменным током с напряжением 115/200 В и частотой 400 Гц. Сеть постоянного тока напряжением 28 В питается от двух преобразователей. Аварийным источником электроэнергии служит генератор мощностью 5 кВА с гидроприводом, питающий сети переменного и постоянного тока.

Гидравлическая система обеспечивает выпуск-уборку шасси, механизации крыла и тормозных щитков, отклонение управляющих поверхностей, перекладку крыла, а также работу тормозов колес и тормозного гака. Она состоит из двух независимых подсистем, каждая из которых питается от своего гидронасоса постоянной производительности с приводом от двигателя. Рабочее давление в гидросистеме — 207 кг/см². При снижении давления до 168 кг/см² отключаются все потребители, за исключением гидроусилителей системы управления самолетом. Аварийным источником давления в каждой из подсистем служит электроприводной гидронасос, который автоматически включается при падении давления до 35 кг/см² в течение 10 с.

Пневмосистема состоит из трех независимых подсистем, питающихся каждая от своего баллона. Давление зарядки воздушных баллонов — 206 кг/см². Система обеспечивает открытие-закрытие фонаря кабины и аварийный выпуск шасси.

Бортовое радиоэлектронное оборудование. В состав БРЭО входят:

Антенна РЛС AN/AWG-9

Приборнoe оборудование кабины экипажа. На приборной панели летчика размещены два дисплея для отображения полетной и навигационной информации, а также данных станции предупреждения об облучении. В верхней части панели находится консоль управления оружием. Наиболее важная информация выводится на индикатор на лобовом стекле. Рабочее место оператора оснащено двумя дисплеями, на которые поступает информация от РЛС. Все дисплеи в кабине экипажа выполнены на базе ЭЛТ.

Система кондиционирования воздуха обеспечивает поддержание необходимых давления и температуры в кабине экипажа и отсеках БРЭО, наддув топливных баков, обогрев фонаря кабины, продувку отсека пушки, регулировку температуры жидкости систем охлаждения РЛС и телевизионной камеры. Воздух для СКВ отбирается от 9-й ступени компрессора.

До высоты 2 500 м давление в кабине экипажа — атмocфepное, а далее (до 7 000 м) поддерживается постоянным. На высотах свыше 7 000 м система обеспечивает избыточное давление в кабине 0,34 кг/см².

Кислородная система включает емкости с жидким кислородом, газогенератор и кислородные маски летчика и оператора. Каждое катапультное кресло оснащено аварийным кислородным баллоном емкостью 0,82 л.

Вооружение самолета. Артиллерийское вооружение самолёта — встроенная шестиствольная пушка М61А1 Vulcan калибром 20 мм. Скорострельность пушки — до 6 000 выстрелов/мин, боекомплект — 675 снарядов. Подвесное вооружение общей массой до 6 500 кг размещается на 8 узлах. Самолет может нести управляемые ракеты «воздух-воздух»: до 6 ракет большой дальности AIM-54 Phoenix, до 4 ракет средней дальности AIM-7 Sparrow и до 4 ракет малой дальности AIM-9 Sidewinder в различных комбинациях. Для действия по наземным целям предусмотрена подвеска свободно-падающих бомб Mk82 калибром 500 фунтов (226,8 кг), Mk83 калибром 1 000 фунтов и Mk84 калибром 2 000 фунтов, а также НАР Zuni калибром 127 мм.

Пушка M61A1 Vulcan

F-14A Tomcat






Некоторые схемы окраски самолётов семейства F-14


F-14 Tomcat US NAVY, первый экземпляр, Calverton AB, декабрь 1977 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-1 "Wolfpack", USS Enterprise (CVN-65), 1974 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-1 "Wolfpack", USS Enterprise (CVN-65), 1976 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-1 "Wolfpack", USS Ranger (CV-60), январь 1991 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-2 "Bounty Hunters", USS Enterprise (CVN-65), сентябрь 1974 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-14 "Tophatters", USS John F. Kennedy (CV-67), CVW-3, январь 1991 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-32 "Swordsmen", USS John F. Kennedy (CVN-67), январь 1989 г.


F-14B Tomcat US NAVY, VF-32 "Swordsmen", USS Harry S. Truman (CVN-75), CVW-3, 2005 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-33 "Starfighters", USS America (CV-66), март 1986 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-41 "Black Aces", USS Nimitz (CVN-68), август 1981 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-74 "Be-devilers", USS Saratoga (CV-60), 1984-85 г.


F-14B Tomcat US NAVY, VF-74 "Be-devilers", USS Saratoga (CV-60), 1991 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-84 "The Jolly Rogers", USS Nimitz (CVN-68), CVW-8, 1977 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-84 "The Jolly Rogers", USS Nimitz (CVN-68), 1981 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-111 "Sundowners", USS Carl Vinson (CVN-70), CVW-15, 1989 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-114 "Aardvarks", USS Enterprise (CVN-65), апрель 1988 г.


F-14A Tomcat US NAVY, VF-142 "Ghostriders", USS Dwight D. Eisenhower (CVN-69)


F-14A Tomcat US NAVY, VF-154 "Black Knights", USS Kitty Hawk (CV-63), CVW-5, 2003 г.


F-14D Super Tomcat US NAVY, VF-31 "Tomcatters", USS Theodore Roosevelt (CVN-71), CVW-8, 2006 г.


F-14D Super Tomcat US NAVY, VF-31 "Tomcatters", USS Theodore Roosevelt (CVN-71), CVW-8, 2006 г.


F-14D Super Tomcat US NAVY, VF-31 "Tomcatters", USS Theodore Roosevelt (CVN-71), CVW-8, 2006 г.


F-14A Tomcat IIAF, 81st TFS, Khatami AB, 1976 г.


F-14A Tomcat IRIAF, 81st TFS, 81st TFW, Khatami AB, 1980 г.


F-14A Tomcat IRIAF, 81st TFS, TFB.8, Shahid Baba'ie AB, 2006 г.


F-14A Tomcat IRIAF, 81st TFS, TFB.8, Shahid Baba'ie AB, 2010 г.

Список статей