Список статей

Дмитрий РЕГЕНТОВ

История истребителя «Цзянь–10»

В ноябре 2002 года на базе аэродрома специальной экономической зоны «Чжухай» пройдет очередной четвертый международный авиасалон «China Airshow 2002». Его с нетерпением ожидают фирмы производители со всего мира, которые делают ставку на китайский рынок авиационной техники. С особым нетерпением ожидают открытия салона специалисты, следившие за развитием почти детективной истории создания нового китайского истребителя четвертого поколения «Цзянь–10». Уже в течение полугода в различных источниках появляется информация о планах выставить истребитель на этой выставке. В частности, на сингапурской аэрокосмической выставке официальные лица делегации Китайской компании импорта и экспорта авиационной технологии, говоря о подготовке к салону в ноябре, упомянули о возможности открытого показа нового истребителя. Следом, в апреле, уже в китайских СМИ появляются заметки посвященные авиасалону в Чжухае. В некоторых из них, со ссылкой на компетентные источники и официальные лица оргкомитета, подчеркивалась высокая вероятность показа этой машины на салоне.

Но будет ли она действительно представлен взорам национальных и зарубежных экспертов? Никто не решается ответить на этот вопрос с полной уверенностью. Ведь неоднократно, казалось бы, решенный вопрос о представлении отодвигался на неопределенный срок без объяснения причин.

Вот почему ноябрьский салон ждут. И ждут появление «Цзянь-10».

Давай те и мы ознакомимся с историей создания этого истребителя. С историей, в которой тесно переплелись геополитика, разведка, предательства, контрразведка и успех в техническом развитии. То есть все то, что составляет ткань любого значимого проекта.

Предыстория проекта

31 декабря 1986 года на испытательной летной базе израильской авиастроительной компании IAI состоялся первый полет опытного прототипа двухместного истребителя «Лави» — будущего основного истребителя ВВС Израиля. В марте 1987 года поднялся в воздух второй прототип, также двухместный. Все шло по плану, но 30 августа того же года кабинет министров Израиля, проголосовав 12 голосами «за» и 11 «против», прекратила деятельность в рамках совместного американо-израильского проекта. Причинами прекращения проекта публично объявлялись финансовые затруднения, но многие понимали, что проект был свернут из-за нажима союзника и партнера Израиля по проекту — США. Американские корпорации, производившие истребители F-16, F/A-18, почувствовали в новичке потенциальную угрозу своему присутствию на рынке. В сентябре 1989 года в рамках завершения проекта собирается третий, последний, прототип – уже одноместный истребитель, который, в последующем, стал использоваться компанией–участницей проекта, IAI в качестве летающей лаборатории.

Понимая ценность полученного, в рамках проекта «Лави», опыта и наработанной документации израильское правительство обратило внимание на внешний рынок в поисках партнера, с которым оно могло реализовать это преимущество. Тем более, что на тот момент страна испытывала сильные финансовые затруднения, и дополнительные поступления от передачи технологий стали бы хорошим вливанием в экономику страны.

Взвесив все «за» и «против» правительство Израиля выходит с предложением к Китаю.

Этот выбор был сделан не случайно. Сотрудничество Китая и Израиля в военно–технической области, начавшееся с небольших контрактов в начале 80–х годов, уже к середине 80–х выросло до достаточного уровня, что позволило Израилю официальным путем налаживать прямые военные контакты с Китаем. Рост сотрудничества шло таким темпом, что уже в 1984 году Израиль был готов открыть официальное представительство своей компании спецэкспортера в Пекине.

Примером тесного сотрудничества можно привести успешное и взаимовыгодное сотрудничество израильских и китайских специалистов при разработке израильского танка «Меркава». Испытывавший на тот момент затруднения с развитием собственной оборонной промышленности, Израиль, при разработке собственного танка, столкнулся с проблемой создания системы стабилизации пушки и создания системы управления огнем. Китай предложил свой опыт, накопленный при модернизации советских танков и разработке китайского танка Т–64. В результате осуществления совместного проекта израильская сторона получила стабилизатор орудия в двух плоскостях и систему управления огнем, которые использовались в первых партиях танков «Меркава». Китай же получил технологию и натурные образцы 105 мм танковой пушки, что было, в последствии, использовано при создании огневого комплекса танка Т–79.

Кроме того, на тот момент авиапромышленность Китая не имела собственного проекта передового самолета. В начале 80–х, наводя порядок в военном секторе системы НИОКР, образовавшийся после неразберихи в управлении 70–х годов, Министерство Обороны (МО) и Центральный Военный Комитет (ЦВК) к середине 80–х годов, прекратила разработку истребителей проекта «Цзянь–9» и «Цзянь–13». Оба проекта, по заключению экспертов, еще находясь в разработке, уже представляли собой устаревшие типы.

Прекрасно представляя, что имеющийся авиационный парк не соответствует требованиям, предъявляемым современным боем, а также, учитывая состояние национальной авиационной школы, еще не оправившейся после «культурной революции» и не способной самостоятельно осуществить разработку современного истребителя, правительство Китая обращает свое внимание на заимствование технологий для авиапромышленности из-за рубежа. Заимствование предполагалось осуществить двумя путями – приобретение лицензии на технологию или копирование своими силами. В частности, даже существовал план приобретения в одной из стран Южной Азии небольшой, всего в несколько единиц, партии американских истребителей F–16 для последующего копирования в китайских условиях. Но этот план не был осуществлен в силу активного противодействия американского правительства и изменения политической ситуации.

Рассматривая рынок вооружений Китая как жизненно важный для своей оборонной промышленности и учитывая наколенный опыт совместных проектов, правительство Израиля идет на подписание секретного китайско–израильского соглашения о сотрудничестве в области создания для Китая нового истребителя, за основу которого был взят прекращенный проект истребителя «Лави».

Согласно заключенному соглашению планировалось, что изготовление первого опытного самолета будет производиться в Израиле, но окончательную сборку будут осуществлять в Китае. Бортовое электронное оборудование планировалось иметь аналогичное или близко к оригинальному оборудованию «Лави». Кроме того, для вооружения, к предлагаемому вооружению израильского производства, планировалось импортировать технологию производства итальянской ракеты «Аспид» класса «воздух-воздух».

И уже в 1988 году китайская компания по импорту авиационной техники (КАТИК) и израильская авиационная компания (IAI) начали совместный проект в области разработки авионики, в рамках которой уже использовался, хотя и частично, опыт проекта «Лави».

Но этому плану, в его первоначальном варианте, не суждено было сбыться.

Начало и ход проекта

После прекращения в середине 80–х годов ряда национальных проектов истребителей, не отвечающих требованиям современности, и принятия решения на проект нового истребителя совместно с Израилем, перед китайским руководством стал вопрос об определении участников проекта. Процесс определения шел не просто в силу того, что передовых организаций, способных участвовать в таком проекте (способных воспринять и переработать сложную зарубежную документацию и технологию) было не так много.

В сентябре 1988 года концепция нового истребителя утверждается на совместном заседании ЦК КПК, Министерства авиации, научно технического комитета МО КНР (НТК МО). В октябре того же года первичная документация, полученная от израильской стороны, передается на исследование в 611 НИИ и 601 НИИ (в других источниках только 601 НИИ), которые в течение двух лет изучал документацию и анализировал тенденции мирового рынка вооружений, а также опыт разработок аналогичных проектов ведущих авиастроительных стран. На этом этапе проект получает свое первое название – «проект 8810» или кратко «проект № 10».

Первоначально, разработка проекта нового истребителя, была возложена на авиастроительную компанию в Сиане (провинция Шэньси). Но в силу того, что она получила заказ на разработку истребителя – бомбардировщика FBC–1 «Фэйбао» («Летающий леопард»), в 1991 году право участия в проекте добились Шэньянская авиастроительная компания (провинция Ляонин) и авиастроительная компания из города Чэнду (провинция Сычуань). Однако вскоре, руководство проекта, принимая во внимание то, что «Шэнфэй» (сокращенное название Шэньянской авиастроительной компании) непрерывно и активно вело модернизацию парка «Цзянь–8–II» полностью передает права по проекту «Чэнфэй» (сокращенное название авиастроительной компании из Чэнду), в состав которой входит одно из ведущих НИИ по разработке боевых самолетов – 601 НИИ. Почему решение было принято именно в пользу компании «Чэнфэй»?

В 70-е годы из состава 601 НИИ (Шэньян) решением отдела оборонной промышленности Министерства Обороны КНР выделяются 500 человек с последующим переводом в Чэнду (провинция Сычуань). На базе 13 – го авиационного училища образовывается отделение 601 НИИ. Отделение также, как и головное НИИ в Шэньяне, занималось разработкой, закрытого в последствии по решению ЦВК, проекта истребителя «Цзянь–9». В 1980 году решением Госсовета, ЦВК и НТК МО КНР научно исследовательский институт номер 601 в городе Чэнду определяется в качестве генерального разработчика проекта истребителя «Цзянь–7–III». Работы велись опережающими темпами, и уже в апреле 1984 года прототип этого истребителя совершил первый испытательный полет. В 1987 году была завершена разработка документации на утвержденный проект. При разработке истребителя проекта «Цзянь–7-III» 601 НИИ показал себя с лучшей стороны. К тому же он имел значительный опыт исследовательско–конструкторской работы по разработке летательного аппарата аэродинамической схемы «утка». Прекращенный в середине 80–х годов проект истребителя «Цзянь–9» предусматривал использование этой аэродинамической схемы компоновки. Вот почему, с учетом вышеупомянутых факторов, выбор пал именно на компанию из Чэнду.

По конечному определению головного разработчика в проекте китайской стороной ставится задача по освоению производства заимствованной технологии на китайских заводах.

По решению ЦВК к проекту привлекаются ряд ведущих НИИ. В список были включены ведущие НИИ авиапромышленности Китая – 606 НИИ, как разработчика авиационных двигателей, 607 НИИ, как разработчика радиолокационных станций и ряд других НИИ. Проекту присваивается высший уровень секретности. О значении, которое руководство придавало и придает проекту, говорит то, что еще на 2002 год надзор над режимом осуществляли Министерство Государственной Безопасности, Министерство Общественной Безопасности, Управление Оборонной промышленности МО КНР, собственные службы безопасности компаний участниц проекта.

611 НИИ, в течение двух лет (с 1988 по 1990 год), изучал техническую документацию на истребитель «ЛАВИ» и переводил ее на технические нормы, принятые в китайской авиапромышленности. Одновременно с этим в 601 НИИ осваивали программирование на языке ADA. Этот язык являлся базовым языком программного обеспечения систем управления израильского истребителя и был выбран в этом же качестве для создания программного обеспечения нового китайского истребителя.

В 1989 году, из-за событий на площади Тяньаньмэнь, сотрудничество США и Китая в области ВТС прекращается. США в одностороннем порядке сворачивает все контакты. Многие эксперты полагают, что, помимо внешнеполитических факторов, это событие также оказало влияние на активизацию Китаем работ по этому проекту.

В том же году происходит значительное событие в авиапромышленности Китая. В городе Сиань (провинция Шаньси) создается Институт летных испытаний, который сразу становится центром подготовки кадров для проведения летных испытаний новых самолетов. Выпускники Института сразу принимают активное участие в летных испытаниях всех новых моделей авиатехники. Особую роль Институт сыграет в летных испытаниях по «Проекту № 10». Ведущие летчики испытатели летной базы Института осуществляли полеты на образцах истребителя «Цзянь–10», проводя испытания систем управления во время практических стрельб.

В феврале 1990 года при докладе Председателю КНР Ли Пэну о ходе разработки новых моделей истребителей часть доклада была посвящена результатам работы 601 и 611 НИИ по проекту «8810». Свидетельством тому может служить, появившаяся недавно в сети Интернет, фотография сделанная на том докладе. На дальнем фоне фотографии, рядом с моделью истребителя «Цзян–8-II», стояла модель истребителя с треугольным крылом обводами напоминающими истребитель «Лави».

В 1990 году проект, сам изначально имевший характер геополитического сотрудничества Китая и Израиля, становится предметом крупного геополитического скандала. Компетентные службы США, получив информацию о сотрудничестве по этому проекту, представляет её правительству США, что вызывает бурю негодования как в Пентагоне, так и Госдепартаменте. Правительству Израиля немедленно делается представление о недопустимости такого тесного сотрудничества и передачи технологий полученных от американской стороны в рамках совместного израильско–американского проекта «Лави». Практически одновременно, со стороны США предпринимаются ряд действий направленных на остановку совместного проекта. В ход идут разные методы, в том числе и шантаж о прекращении выделении Израилю субсидий по линии военно–технического сотрудничества и возможной приостановке военной помощи. Правительство Израиля, исходя из своих государственных интересов, отстояло свою позицию по этому вопросу, что оставило определенный след в американо–израильских отношениях на несколько лет.

В конце 1990 года – начале 1991 года на «Чэнфэй» строится опытный образец в металле. К этому времени 606 НИИ и 607 НИИ заканчивают постройку двигателя и бортовой РЛС. Еще ранее, в конце 1989 году, на базе НИИ авиационного вооружения, специализирующемся на ракетном вооружении класса «воздух–воздух», проводятся успешные пуски скопированной итальянской ракеты «Аспид».

На фоне разгорающегося геополитического скандала между США и Израилем, в 1992 году (по некоторым источникам в конце 1993 года) завершается строительство прототипа истребителя. Внешне он напоминал точную копию истребителя проекта «Лави». Это был одноместный истребитель с двигателем 606 НИИ – WP13C, со штатной системой спасения китайской разработки, с авионикой, системой автопилотирования и РЛС израильской разработки.

Но, не смотря на то, что в ходе испытательных полетов заявленные технические характеристики были достигнуты, военные все же остались недовольны полученными результатами. Ими были внесены ряд изменений сразу по нескольким ключевым характеристикам, что потребовало основательной корректировки проекта.

В 1994 году, когда полным ходом шла доработка проекта с учетом требований китайских военных, на геополитической арене вновь разгорается интрига связанная с «Проектом № 10». После продажи России в 1994 году Индии партии истребителей Су–27 с бортовой РЛС Н101 Китай заявляет протест России, так как по своим характеристикам она превосходит уже закупленные Китаем российские БРЛС «Жук». В качестве альтернативы этой сделке Китай обращается с запросом к партнеру по совместному проекту – Израилю. Свое предложение о приобретении БРЛС EL/M 2035 для установки на «Цзянь–10» израильская сторона сопроводила опционом на установку системы управления вооружением. Как утверждала израильская сторона при обосновании опциона, при оснащении самолета этими системами и ракетами израильского производства истребитель станет сильнейшим в своем виде. Кроме того, по совершению сделки, Израиль брал на себя обязательства по поставке в 2000 году современной БРЛС по своим характеристикам значительно превосходящей БРЛС предлагаемых Китаю другими странами.

Очевидно, что именно такая активность подтолкнула российскую сторону выйти на Китай с предложением интегрировать в систему БРЭО «Цзянь–10» фазовую БРЛС РП-35 (устанавливаемую на Миг–31). Система способна одновременно вести до 24 целей, вести огонь по 4 целям, с обзором в передней полусфере до 140 км, в задней полусфере до 65 км. Предложение было принято китайской стороной к рассмотрению, но окончательный результат не известен.

В первой половине 1994 года происходит первый успешный испытательный полет прототипа истребителя отработанного с учетом требований военных. Сборка этого прототипа осуществлялась на 132 авиастроительном заводе. В последствии, на этом заводе собирались все образцы истребителя. После удачного полета «Проект № 10» получает символическое прозвище «Цзяньбин» («Дозорный»).

Примерно в октябре 1994 года в гонконговском журнале «Гуан цзяоцзин» появляются первые реальные изображения «Проекта № 10». В журнале были опубликован схематический рисунок контуров и трехмерное изображение, восстановленное с помощью компьютера на основание фото спутника–шпиона, принадлежащий ЦРУ, заснявшего новый самолет на фазе взлета. Эта публикация вызвала интерес на Тайване и живо обсуждалась в местной прессе, в правительственных кругах на предмет потенциальной угрозы национальной безопасности Тайваня.

В западных СМИ, примерно в середине 1995 года, промелькнуло маленькое сообщение об официальной передачи Израилем документации на истребитель проекта «Лави» Китаю. Вполне очевидно, что стороны, рассмотрев результаты совместного проекта, приняли, удовлетворяющее обе стороны, решение о завершении сотрудничества за достижением проектом своей конечной цели.

С этого момента, можно сказать, «Проект № 10» начинает свою самостоятельную жизнь. В задачи проекта по созданию китайского истребителя четвертого поколения вносятся некоторые корректировки в сторону перехода от заимствования к разработке и производству систем и оборудования способных заменить импорт. Исходя из положений новой воздушной стратегии Китая, военные, со своей стороны, вновь вносят существенные корректировки в характеристики проекта.

В 601 НИИ, следуя предъявленным военными требованиям, осуществляют доработку проекта. Переработке были подвергнуты многие конструктивные детали. В частности, были увеличены размеры фюзеляжа и размах крыльев. Заново была переработана компоновка кабины в сторону увеличения объема. За счет применения новых подходов была повышена прочности конструкции. Прежняя компоновка треугольного крыла также была видоизменена на каскадное расположение пары треугольных крыльев. За счет увеличения площади крыла значительно была увеличена чувствительность в управлении на низких и средних высотах, что потребовало доработать элементы закрылков. Увеличивая время пребывания в воздухе, увеличиваются объемы топливных баков. Хвостовое отделение так же подверглось переработке. Вместо вертикального руля оригинальной израильской разработки, китайские специалисты применили компоновку аналогичную применяемую на российских истребителях типа «МиГ». Изменено в сторону значительного увеличения количество точек подвесок. Истребитель в таком варианте, конечно же, стал более тяжелым, но и двигатель также планировалось использовать значительно мощней.

Полученный прототип прошел продувку в аэродинамической лаборатории и показал уникальные данные по аэродинамике и скоростным характеристикам за всю историю развития авиации Китая.

После утверждения комиссией этого прототипа, в «Чэнфэй» приступили к строительству опытного образца для летных испытаний. Одновременно с этим, разворачиваются работы по созданию комплекса бортового радио электронного оборудования (БРЭО).

В рамках утвержденного проекта БРЭО к разработке решено было привлечь гражданские организации, владеющие передовой технологией как зарубежного, так и отечественного происхождения. Это было новой практикой в проектах такого типа. В привлеченных организациях работы ведутся высокими темпами в жестких рамках заданий проекта, о которых свидетельствует перечень сданного к сертификации оборудования.

В январе 1996 года Шанхайским институтом оптоволоконной техники, в рамках проекта «8810», разрабатывается двухвекторный плоский дисплей на жидких кристаллах. Сертификация осуществляется на летно–испытательской базе ВВС НОАК на юге Китая.

В феврале того же года в компании «Чанхун», известной своими разработками в области электроники, завершается разработка бортовой РЛС SSR12B, способной одновременно вести до 18 целей, и выбирать для атаки восемь наиболее опасных целей.

В 1996 году «Чэнфэй» получает новый двигатель с мощностью 13 000 кг марки WS15A, который является аналогом российского двигателя фирмы «Люлька–Сатурн».

В августе 1996 года группой НИИ завершается создание бортового вычислительного комплекса на основе высокоскоростной цифровой передачи данных по двум каналам.

В октябре, в одном из НИИ провинции Хэнань, разрабатывается шлем со встроенной системой наведения и управления, который по своим показателям, подтвержденным в ходе сертификации, может быть сравним с аналогичными шлемами американских и российских ВВС.

В 1996 году Управлением морской разведки США (US Office of Naval Intelligence, ONI) публикуются эскизные рисунки «Проекта № 10». Публикация сопровождается аналитическим материалом по проекту и сравнение с имеющимися на вооружении Тайваня истребителями. В информации также сообщалось, что принятие нового истребителя на вооружение ВВС НОАК ожидается в 2003 году. Эта публикация вызвала не поддельный испуг в официальных кругах Тайваня. На острове немедленно отреагировали на них, начав переговоры с США о поставках новейших систем ПВО и систем управления.

В целом, с 1992 по 1996 годы, в рамках «Проекта № 10», последовательно разрабатываются: новый состав цветового покрытия поверхности, новая системы спасения летчика, новая парашютная тормозная система, РЛС заднего обзора, новый тип радиостанции, система позиционирования и навигации по спутникам, система спутниковой связи с закрытием каналов связи и другое оборудование.

В середине 1996 истребитель, построенный по новому проекту, со штатной бортовой аппаратурой, совершает свой первый пробный полет. По завершению анализа результатов этого полета образцу, в рамках проекта, присваивается летный номер – «8810–01».

В конце 1996 года завершается строительство следующего образца доработанного варианта с бортовым номером «8810–02». В его конструкцию также были внесены некоторые изменения. В частности, изменению вновь подвергли компоновку кабины, был изменен градус скоса воздухозаборника, бортовой скос воздухопровода изменен на «S»–образную форму, что, по мнению специалистов, имело целью снизить заметность самолета в радиолокационном диапазоне.

Вообще, доработка хвостового оперения и сопла двигателя последовательно велись со второго по шестой номер. Ощущалось, что конструктора нащупывали оптимальный вариант для установки в последующем еще более мощного двигателя. Эксперты западных авиакомпаний даже предполагали, что велся поиск решения позволяющий, в последствии, поменять уже установленный двигатель на двигатель с изменяемым вектором тяги.

На самолетах номеров «02», «03», «04» в составе БРЭО еще использовались система цифрового управления, которая была разработана в проекте «Лави», модернизованная система автопилотирования, цифровая система управления рулями, РЛС копия израильской.

На «03» были установлены новые, разработанные в Китае, станции запуска ракетного вооружения, катапультное кресло класса «0-0» и система обработки информации.

Переоборудованию подвергли также и образец под номером «01». По мере поступления элементов нового БРЭО, самолет проходил дооснащение. И уже вечером 12 марта 1997 года состоялся пробный полет борта «8810–01» с новым вариантом БРЭО. Образец пилотировал летчик–испытатель – старший полковник Хуан Бинсинь.

В середине 1997 происходит событие, которое оказывает негативное воздействие на ход проекта «8810». Один из инженеров, работавший в составе группы проекта, исчезает. Как потом выяснилось, получив возможность выехать за пределы страны, он принимает решение остается за рубежом. Решившись на такой шаг, он прихватывает с собой, доступные ему некоторые материалы по проекту, имеющие важное значение для понимания сути изменений, которым подвергся изначальный проект «Лави».

Инженер обращается за защитой к ЦРУ, на условиях обмена имеющейся у него информации по проекту на американское гражданство. Но, при передаче материалов, обнаруживается, что часть особо ценных материалов исчезла. Ему предлагается по памяти восстановить часть пропавших материалов. Но он погибает через неделю в автомобильной катастрофе при довольно странных обстоятельствах.

Этот предательство стал вторым случаем нарушения режима повышенной секретности с момента начала проекта, когда информация открывалась непосредственным участником проекта. Первый случай случился ранее, где–то в 1995…1996 годах. Проработав в проекте с самого первого дня, помощник одного из инженеров ушел из проекта и поместил в Интернете ряд статей содержащих секретную информацию по проекту. В результате разбирательства соответствующими компетентными органами был подтвержден факт раскрытия секретной информации, и нарушитель был осужден на несколько лет.

В конце 1997 года, во время испытательного полета, терпит крушение образец с бортовым номером «02». Пилот не успевает катапультироваться и погибает. После этого полеты приостанавливаются и на выяснение причин катастрофы бросаются все силы проекта. На летном испытательском полигоне Института и 611 НИИ проводится комплексное изучение остатков и соответствующие наземные испытания.

В некоторых западных и тайваньских источниках утверждалось, что на этом этапе китайская сторона обратилась за помощью к российским специалистам аэродинамикам. С их помощью 611 НИИ установил причины и пути устранения конфликта конструкции и систем.

Вообще, тема военно–технического сотрудничества России и Китая и участие российских ученых в проектах как военного, так и гражданского характера занимает зарубежные СМИ. Начиная с середины 90–х годов, после подписания соглашения о военно–техническом сотрудничестве двух стран в печати регулярно появляются статьи разного характера описывающие роль российских ученых в развитии высоких технологий и ядерной промышленности Китая. По утверждению разных источников, от 1 500 до 2 000 российских ученых работают в различных проектах практического характера. Особую роль, по мнению журналистов, они сыграли в продвижении таких проектов, как – проект ядерного реактора атомной подводной лодки проекта «093» и «094», истребителя «Цзянь–10», ракетных технологий и помогли Китаю развить ряд других стратегически важных технологий.

Очевидно, что изменения немедленно были внесены в проект, так как уже весной 1998 года на образце «03» меняется двигатель и видоизменяется хвостовое оперение.

В середине 1998 года на этом образце в ходе испытательного полета был преодолен звуковой барьер. Сверхзвуковой полет проходил свыше 40 минут и средней скоростью свыше М=1. Таким образом, Китай стал первым государством в Азии, самостоятельно создавшим боевой самолет четвертого поколения со сверхзвуковой крейсерской скоростью.

В марте 1998 года 614 НИИ, в рамках программы разработки импортозамещающих технологий, получает задание по разработке нового двигателя и модернизации импортного авиационного двигателя с использованием некоторых китайских технологий. Планировалось, что новый или модернизированный двигатель будет использоваться в проекте создания нового варианта истребителя «особо важного проекта». Важность задания было подчеркнуто визитом совместной делегации руководства АВИК–1 и экспертов из Главного управления по вооружению НОАК и ВВС. Задание было выполнено за четыре года. К маю 2002 года НИИ представил образец для стендовых испытаний, которые успешно прошли и подтвердили заявленные отличные технические показатели двигателя.

К осени 1998 года, после двух лет интенсивных испытаний, завершается первый этап программы полетных испытаний. На церемонии, посвященной завершению первого этапа, на которой присутствовали Генеральный секретарь ЦК КПК Цзян Цзэминь, были выставлены образцы «03» по «06». Самолет с бортовым номером «04» совершил показательный полет, насыщенный элементами высшего пилотажа.

Учитывая завершение первого этапа, ожидалось, что уже на втором международном авиасалоне в Чжухае (ноябрь 1998 года) будет представлен образец нового истребителя. Образец был представлен, но только проекта компании «Сифэй». Истребитель – бомбардировщик FBC–1, получивший название «Фэйбао», стал центром внимания на салоне, перекрыв, таким образом, разочарование ожидавших демонстрации образца проекта «8810».

Но на том же салоне, на стенде корпорации АВИК–1, выставляется плакат с цифровой системой управления системой подачи топлива. На плакате в качестве примера расположения системы в конструкции летательного аппарата был использовано изображение самолета проекта «8810». Это изображение походило на эскизные наброски проекта открытые в конце 1995 года китайским правительством. Вместе с тем, они имели определенные различия, что побудило западных экспертов подвергнуть сомнению оба изображения.

Весной 1999 года номера «05», «06», и последовавшие за ними номера «07», «08» отправляются на полигон Института летных испытаний в Сиане, для проведения второго этапа испытаний. Основная задача второго этапа заключалась в проведении практических стрельб и утверждении базовой системы управления огнем. Предметом испытаний стала новая система БРЭО интегрированная с новым шлемом пилота, которая позволяла вести огонь по наземным и морским целям, вести воздушный бой на всех скоростных режимах, осуществлять управление всеми типами авиационных боеприпасов. Кроме того, система позволяет вести бой в условиях жесткого электронного противодействия противника.

В мае 1999 года вновь в истории проекта возникает детективная интрига. В сети появляется статья, которое привлекает внимание сотрудника секретного отдела Научно Технического Университета электроники провинции Сычуань. Ознакомившись с ней, он немедленно связывается с соответствующими контролирующими органами – городским управлением государственной безопасности, специальным отделом управления общественной безопасности провинции, научно-техническим отделом провинциального правительства. После ознакомления со статьей всеми, было сделано заключение о нарушении режима секретности по проекту «8810». Немедленно были предприняты соответствующие меры. К оперативно–розыскным мероприятиям подключается специальное подразделение Управления общественной безопасности провинции и Управление государственной безопасности провинции. Поиск источника информации велся по двум направлениям – по местам размещения статьи в Интернете и отработкой персонала проекта. К работе созданной специальной группы постепенно подключались службы других городов, куда уводили следы публикации, – Шанхая, Шэньяна и Шэньчжэня. 11 июня, через 21 день, человек, нарушивший режим секретности проекта, был задержан и арестован. После следствия, по решению суда он подвергся наказанию – восемь месяцев заключения в лагерях по трудовому перевоспитанию (колонии), начиная с момента объявления приговора.

В начале 2000 года завершается второй этап летных испытаний, и комиссия утверждает основной образец. Практически одновременно руководством проекта принимается решение о создании опытной летной группы. Это решение позволило уже к середине года закончить организационную работу и начать сборку малой партии истребителя утвержденного образца для комплектации этой группы. Основную цель группы видели в накоплении опыта практической эксплуатации истребителя в реальных условиях и составление руководств по обслуживанию, полетам, ряда учебных материалов для последующего переобучения пилотов.

А проект продолжал расти и развиваться. Все новые и новые силы подключались к работе в проекте. Руководство проекта, понимая, что создание модельного ряда истребителя требует все новых специализированных систем, учитывающих специфику выполняемых задач, идет на расширение круга организаций привлеченных к работе.

В частности, в 2000 году приборный завод в Цзянхуай, входящий в состав АВИК–1, получает заказ на разработку новой системы спасения летчика. Завод, за 40 лет своего существования, проделал значительный путь от простого копирования до самостоятельных опытно–конструкторских разработок в области техники спасения и обеспечения безопасности пилотов. Накопленный опыт позволил в 2002 году завершить создание новой системы спасения летчика. Система, разработанная силами специалистов этого завода, прошла испытания и была принята для эксплуатации в морской авиации и ВВС.

В течение всего 2001 года на испытательной базе 631 НИИ проходят испытания новые варианты «Проекта № 10». Учитывая, что там одновременно с ними проходили испытания еще нескольких моделей боевых самолетов, технический персонал НИИ работал в усиленном режиме, сверхурочно и в ночную смену.

Вообще 2001 год в «Проекте № 10» характеризуется как «…решающий, ключевой для создания основного истребителя». На некоторых предприятиях и НИИ пришлось даже пересмотреть существовавший график работ и перестроить всю систему организации труда. Активней стали применяться ранее не использовавшийся метод «мозгового штурма», персональной ответственности сборщика, метод «группового построения конвейера» (когда на конвейере создавались группы сборщиков во главе с инженером и представителем НИИ по направлению, который вносил допустимые изменения тут же на месте).

В 2002 году работы по проекту стали вестись с нарастающими усилиями.

2002 год имеет предпосылки быть завершающим годом основного этапа «Проекта № 10». Учитывая масштабность проекта и предполагаемый широкий модельный ряд, сам проект будет идти еще несколько десятилетий, до момента появления нового проекта китайского истребителя пятого поколения. Но чем ближе завершение основного этапа проекта, тем больше внимания ему уделяется на самом верху.

Полигоны и НИИ стали регулярно посещать первые лица страны, руководители Главного Управления вооружения и Управления вооружения ВВС. В ходе визитов помимо ознакомления с ходом работ и утвержденными образцами решались самые неотложные вопросы.

В декабре 2001 бывший член Постоянного Комитета Политбюро ЦК КПК Жун Пини в сопровождении первых лиц провинциального правительства, правительства города Чэнду, руководящих лиц АВИК-1, посетил компанию Чэнфэй и ознакомился с ходом работ. В ходе ознакомления серьезно обсуждался вопрос финансирования завершения пакета рабочих чертежей для серийной сборки.

С самого начала года идет череда тестовых испытаний и утверждений образцов систем, разработанных в рамках этого проекта. Такое количество утвержденных систем может свидетельствовать только о близости завершения основного этапа проекта и постановки первого варианта истребителя в серийное производство.

В феврале 2002 года возобновляются испытательные полеты ряда образцов. По предположению тайваньского информационного агентства «Чжун'ян шэ» полеты были приостановлены из-за проблем с системой управления полетом и двигателем. Официальной же информации по этому вопросу нет.

В феврале 2002 года 2-ой НИИ ВВС завершает процесс испытаний новой системы прицеливания, а также других 15 систем нового БРЭО.

В марте 2002 года завершается испытание системы управления ракетным вооружением 618-го НИИ. Система является одной из составной частью системы вооружения «Проекта № 10», и значительно расширяет возможности боевого применения истребителя.

В июне 2002 года 601 НИИ завершает комплексные испытания и утверждение БРЭО, разработанного для варианта комплектации «С». На испытаниях присутствовали Начальник Главного Управления Вооружения НОАК и Управления Вооружения ВВС НОАК.

В мае гонконгская газета «Синдао жибао», ссылаясь на краткую статью из корпоративной газеты компании «Чэнфэй», сообщила о передаче первой партии из четырех машин утвержденного образца ВВС. На церемонии передачи истребители «Цзянь-10» с бортовыми номерами 30 101 и 30 102 (по другим источникам 31 001, 31 002) совместно с двумя Су-27 прилетевших с авиабазы из Чунцина совершили совместный показательный полет. Это сообщение вызывает сомнение, так как только 24 июля 2002 года 611 НИИ завершает пакет рабочих чертежей для серийного производства истребителя «Цзянь-10». Одновременно с ним, в НИИ завершается работа над пакетом документации для производства штурмовика «Чао-7» (известный больше на Западе как «Super-7»). На церемонии сдачи пакетов присутствовали секретарь парткома и генеральный директор АВИК-1 Лю Гаодяо, которые посещали 603 НИИ для ознакомления с ходом работ.

Так что, учитывая историю развития проекта можно предположить, что речь идет о машинах опытной летной группы, переданной в войска для тестирования в реальных условиях.

В отношении серийных поставок есть информация, что первую партию «Цзянь-10А» вариант «истребитель-бомбардировщик» в количестве 50 машин будут собирать на 132 авиастроительном заводе. Первые серийные машины сойдут с конвейера в начале 2003 года, а передача в войсковые части, очевидно, будет в середине — конце 2003 года.

По общему количеству так же не существует точного мнения. Высказывались мнения, что на вооружение до 2008 года будет поставлено до от 300 до 500 машин различной модификации. Такой объем, даже учитывая состояние парка ВВС Китая, маловероятен. Ориентировочно, объем поставок внутри страны составит от 250 до 300 машин различной модификации. Не исключено, что будет разработан и экспортный вариант истребителя, но сейчас говорить об этом рано и это тема отдельной статьи.

Учитывая важность истребителя, первая партия будет равномерно направляться в летные части военных округов на тайваньском и кашмирском стратегических направлениях. Вполне вероятно, что уже в 2003 году в небе на юге Китая и в Синьцзян-Уйгурском Автономном районе можно будет увидеть силуэт «неуловимого» «Дозорного».

Технические данные истребителя и системы

В проекте создания истребителя нового поколения участвовали многие организации и разнообразная техника. Особенно хотелось упомянуть о роли летательных аппаратов использовавшихся как испытательная платформа для тестирования и обкатки ряда систем. В частности, программное обеспечение системы управление полетом и двигателем проходило первичную обкатку на тренировочном самолете K8/IRSAT203, часть БРЭО тестировалось на летающей лаборатории, созданной на базе «Юнь-7», на «Цзянь-8-II» тестировались станции запуска ракет и отрабатывались опытные запуски ракеты «воздух-воздух» PL12.

Перед тем, как определить состав систем, установленных на борту истребителя, необходимо сначала пояснить ситуацию с вариантами комплектации.

Так как «Цзянь-10», с середины проекта стал рассматриваться как массовый истребитель, способный решать широкий круг задач, существует несколько вариантов его исполнения.

В частности, в рамках проекта существуют варианты «A», «B», «C». Кроме того, в разных источниках упоминаю о существовании других вариантов. Например, в 2001 году в ряде сообщений о сдачи блоков БРЭО для варианта «С» проекта «Цзянь-10» сообщалось о проработке пекинской компанией авиационных приборов «Циньюнь» комплекса БРЭО для истребителя варианта «S», согласно стандарта GJB9001A-2001. В силу того, что информации по такой классификации нет, мы можем только предположить, что «Цзянь-10А» (вариант «А») скорей всего представляет собой истребитель-бомбардировщик.

Известно, что проект развивается по двум направлениям. Первое, сухопутный вариант для эксплуатации в сухопутных летных частях. Второе, морской вариант для эксплуатации в летных частях ВМС.

В первом направлении выделяется следующая специализация — истребители-бомбардировщики, перехватчики, самолеты РЭБ. В подтверждение существования последнего варианта можно привести сообщение китайских СМИ о завершении испытаний и утверждении образца в начале 2002 года контейнера РЭБ для «Проекта № 10». Что касается перехвата воздушных целей, то о возможном существовании такого варианта писали тайваньские СМИ. После столкновения китайского истребителя и американского самолета-разведчика в Южно-Китайском море в тайваньских источниках заговорили об открытии работ в «Проекте № 10» по варианту перехватчика. Работы, как сообщалось, велись интенсивно и предусматривали использование опыта российских авиакомпаний по созданию истребителей-перехватчиков.

Во втором направлении реально выделить два варианта — морской берегового базирования и корабельный вариант базирования. Если в пользу существования первого варианта говорит программа испытательных полетов над морем, в которой активное участие приняли береговые навигационные службы ВМС, а также частые визиты представителей Управления вооружения ВВС ВМС Китая, вплоть до начальника Управления. То в отношении второго варианта не существует четких доказательств. В разных источниках упоминается проблема, возникшая после полной переработки обводов истребителя с учетом требований размещения на корабле. Установка российского двигателя АЛ-37ФУ, компоновка нового БРЭО и новые обводы вызвали конфликтную ситуацию при продувке в аэродинамической трубе. Для решения вопросов по аэродинамической форме, как говорилось в одном из сообщений, приглашали группу российских ученых из ЦАГИ, которую возглавлял академик, заместитель директора института. Эта информация, до момента написания статьи, не получила достаточных подтверждений и может рассматриваться только как версия.

Помимо одноместного варианта, который является основным, существуют планы разработки двухместного варианта. В пользу существования проекта двухместно варианта «Цзянь-10» может служить проведенные в 2001 году испытания двухместного катапультного комплекса на испытательной базе компании средств спасения пилотов в городе Цзянхань. Испытания проводились с учетом критических скоростей и с фюзеляжем, сильно напоминающем фюзеляж прототипа «Цзянь-10».

Краткое описание конструкции

Конструктивно самолет выполнен по аэродинамической схеме «утка» с треугольным среднерасположенным крылом, стреловидным, близкорасположенным к крылу ПГО и однокилевым вертикальным оперением.

В корневой части киля расположен контейнер с тормозным парашютом. По бокам фюзеляжа, ближе к килю, два тормозных щитка. В хвостовой части расположены два аэродинамических гребня.

Самолет оборудуется одним двигателем

В некоторых источниках утверждается, что существует план создания двух моторного варианта «Проекта №10». В качестве примера приводится факт разработки системы и режима синхронизации работы двух двигателей в 606 НИИ. Кроме того, не следует забывать о том, что проект «Лави», родной отец «Проекта № 10», начинался с двухмоторного варианта. Но на данный момент не существует четкого подтверждения тому, что по этому варианту ведутся разработки. К тому же, создание двухмоторного самолета требует наличия определенного опыта НИОКР по этому направлению. По этому, вероятность появления варианта с двумя двигателями в ближайшее время маловероятна. По мере освоения технологии производства российского истребителя «Су» на «Шэнфэй» и накопления соответствующего опыта, китайские специалисты будут готовы к разработке нового передового истребителя. Проект которого, уже сейчас в западных СМИ, получил название «Истребитель XXI».

Конструктивные материалы

В конструкции активно применяются сплавы, снижающие заметность самолета на радаре. Кроме того, часть узлов и механизмов выполнена из композитных материалов. В этом секторе активную роль сыграл Пекинский Институт аэрокосмических материалов, старейший институт авиационных материалов, который был основан в 1956 году. Сам институт, являясь центром стандартизации и разработчиком технологий компаний АВИК-1 и АВИК-2, в 1996 году прошел аттестацию по стандарту ISO9001, что оказало значительное влияние на последующую работу института в проекте.

Программное обеспечение

Основой программного обеспечения (ПО) систем управления является язык ADA, ранее использовавшийся в совместном американо-израильском проекте истребителя «Лави». В результате трехлетних работ ученными 601 НИИ предложенное ПО было переработано и улучшено. Были также разрешены некоторые проблемы комплексного характера, о которых сказано было, что они возникли уже при сведении ПО блоков в единую систему. Фактом, подтверждающем использования языка ADA в качестве базового языка ПО «проекта № 10», подтверждает принятие в системе стандартов Главного Управления по Вооружению (ГУВ) НОАК нескольких стандартов на разработку ПО на этом языке. Так, стандарт GJB 3390-98 регламентирует условия обеспечения среды программирования языка ADA, новый стандарт GJB 1383A-98 от 1998 года заменил стандарт 1992 года GJB1383-92.

Надо отметить, что практика заимствования языка программирования не нова. В российской авиапромышленности примером такого заимствования может быть МиГ-29СМТ использующий французский язык программирования Sextant.

БРЭО

Состав БРЭО так же тяжело четко прописать, так как из-за большого модельного ряда трудно определить какая система при каком варианте входит в состав БРЭО. Остановимся в целом, на предполагаемых к установке моделях бортовой электроники.

Изначально в проекте планировалось установка БРЛС израильского производства ELTA EL/M-2032, в свое время разработанной для проекта «Лави».

Но с большей вероятностью можно утверждать, что в состав БРЭО будут включены российские БРЛС и БРЛС китайской разработки. Практически одновременно, в 2001 году с посещением группой китайских специалистов НПО Фазотрон, завершаются испытания китайской бортовой РЛС JL-15A. Группа изучала возможности БРЛС «Жемчуг», которая является вариантом БРЛС «Жук», интегрированной в БРЭО другого китайского истребителя «Цзянь-8-IIМ». А результаты испытаний БРЛС JL-15A, по заверению специалистов, показали, что ряду характеристик эта станция превосходит БРЛС «Сокол» российского производства.

Некоторые варианты БРЭО уже известны. Например, в состав БРЭО варианта «С», который был завершен 601 НИИ к июню 2002 года, вошли 12 систем. Среди них, система визуального отображения информации, система управления огнем, система радиолокационного обзора, система связи, навигации, электронного противодействия и т. д.

Двигатель

Двигатель 606 НИИ — WS6, изначально ставившийся на прототип истребителя, хотя и зарекомендовал при испытаниях себя с лучшей стороны, был исключен из проекта. На замену ему был выбран двигатель WS12. Этот является лицензионной копией российского двигателя АЛ-31Ф.Подтверждением этому может служить заключение в 2000 году контракта на поставку в течение несколько лет свыше 300 двигателей этой марки. За 2001 год Китай уже получил свыше 54 таких двигателей.

Причинами же изменения выбора в пользу российского двигателя, по словам академика Лю Дасяна, было изменение концепции применения истребителя в рамках изменения воздушной стратегии ВВС, потребовавшего большей мощности двигателя, который не мог обеспечить двигатель, предлагаемый ранее 606 НИИ.

Кроме того, компоновка хвостовой части, при дополнительной доработке, позволяет установить двигатель с изменяемым вектором тяги, например АЛ-37ФУ. Вероятно, что этот вариант будет требовать от конструкторов проекта дополнительной проработки и это дело будущего развития проекта в сторону модернизации уже выпускаемых самолетов.

Вооружение

Состав вооружения определяется в зависимости от задач, которые призваны решать тот или иной вариант самолета. Принимая во внимание, что известно о разнообразии комплектации «Цзянь-10» будет правильно говорить о составе вооружения, в общем, включая в него образцы, которые вероятно могут быть включены.

Изначально имевший несколько точек размещения вооружения, новый истребитель выгодно отличается большим количеством точек размещения вооружения. На утвержденном образце «Цзянь-10» таких точек 11, 8 из которых внешние.

В состав вооружения изначально планировалось установить шестиствольную 23 мм автоматическую авиационную пушку. Вероятно, что она осталась без изменений.

Основу огневой мощи «Цзянь-10» составляет ракетно-бомбовое вооружение. В список ракетного вооружения могут быть включены ракеты класса «воздух-воздух»:

Кроме того, в состав может быть включена разработанная в 2002 году ракета наведения по радиолокационному лучу SD-10 (Shandian[Молния]-10) класса «воздух-воздух». Испытательные запуски уже проводились с борта истребителя «Цзянь-8-II» с использованием новой боевой станцией. Известно, что разработчиком систем боевых станций запуска ракет является НИИ авиационного вооружения. Система, тестирование которой завершилась в октябре 2001, обладает модульной схемой построения. Что позволяет, после смены определенного блока, использовать ракеты различного производства.

Отсутствие собственной противокорабельной ракеты для воздушной силовой платформы китайская сторона рассчитывает компенсировать использованием российской ПКР со скоростью M=2 фирмы «Радуга» с дальностью стрельбы 250 км. Кроме того, известны данные о планах использования крылатых ракет китайского производства C-801, C-802.

В состав вооружения могут быть также включены боеприпасы, традиционно входящие в состав вооружения боевого самолета. Это и бомбы, наводящиеся по лазерному лучу, свободнопадающие бомбы и ряд других авиационных боеприпасов.

Значение истребителя для Китая и место его в системе ВВС КНР

Много говорить о процессе развития концепции «Проекта № 10» не представляется возможным в силу того, что все основные положения и их поэтапная корректировка прослеживается из всей истории развития самого проекта. Вместе с тем, хотелось бы кратко показать изменения основных положений концепции.

Проект «Цзянь-10» был начат в условиях «холодной войны» и настороженного настроя в отношениях двух держав — Китая и СССР. В то время воздушная доктрина ВВС Китая носила оборонительный характер и предусматривала отражение воздушного нападения противника и предотвращение нарушения целостности воздушной границы страны. Поэтому, в основу концепции истребителя заимствованного проекта изначально закладывается противоборство и установление контроля в воздухе. В качестве основным его противника в воздухе рассматривались российские истребители серии «МиГ», в частности, МиГ-29.

Позднее, с развалом СССР, вслед за изменением геополитического климата в мире и регионе, менялась концепция воздушной доктрины Китая. Соответственно менялась и концепция «Цзянь-10», которая в окончательном варианте оформилась в концепцию многофункционального истребителя, предназначенного для действий в условиях жесткого противодействия всех средств поражения противника, противодействия высокотехнологических систем управления и ведения боя, совместных действий всех родов войск.

И на самом деле, неважно, чем закончится проект «8810». Встанет в строй весь модельный ряд, запланированный к производству, или на вооружение будут приняты только базовые модели. Важно то, как завершится проект. Само принятие на вооружение истребителя «Цзянь-10» уже будет означать успешное окончание проекта.

Так же это будет означать, что Китай, первая среди стран азиатского региона, вступает в сообщество стран разработчиков истребителей четвертого поколения. Япония, освоившая производство по лицензии, истребителя аналога американского F-16, а также проект тайваньского IDF не берутся в расчет. Сравнение «Цзянь-10» с проектами истребителей стран этого региона отдельная тема для статьи, поэтому в данной статье она не рассматривается.

Эксперты по международной и региональной безопасности также ожидают появление этого истребителя. Возможные последствия для системы региональной безопасности Азиатско-Тихоокеанского Региона (АТР) от появления «Цзянь-10» неоднократно обсуждались как в статьях, так и на семинарах по региональным системам безопасности, проводимых под эгидой региональных и международных организаций. По общему мнению экспертов, истребитель, в сочетании с закупками соответствующими вооружения за рубежом (имеется ввиду приобретение Китаем вооружения у России), окажет значительно влияние на сложившийся баланс сил в регионе. Особое значение, по мнению ведущего аналитика по проблемам безопасности в АТР Мишеля Мерлузие, появление истребителя имеет для проблемы Тайваня и для отношений Индии и Китая по проблеме Кашмира.

Появление «Цзянь-10» с особым нетерпением ожидают китайские военные. На этот истребитель ими возлагаются определенные надежды. В конечном варианте «Цзянь-10» представляет собой всепогодный многофункциональный истребитель, способный наносить удары по наземным и морским целям, бороться за господство в воздухе. Это, по предположению экспертов, позволяет Китаю сформировать «триаду» истребителей. «Легкий» FC -1, который еще разрабатывается, займет нижний уровень, «средний» истребитель «Цзянь-10» закроет средние высоты и завершит пирамиду «Цзянь-11» (Су-27) и российский «тяжелый» истребитель Су-30МКК. Поддержка и управление работой «триады» будет возложена на российские комплексы фирмы Бериева А-50Е, а также другие системы разведки и управления китайского производства наземного и воздушного базирования.

В парке истребительной авиации Китая новый истребитель займет место морально устаревшего истребителя «Цзянь-7», самого массового истребителя Китая. В соответствии с планами китайского командования весь парк «Цзянь-7» должен быть заменен к 2008 году.

Но особо важен проект был для национальной авиапромышленности и системы НИОКР Китая, в целом.

К середине 80-х годов авиапромышленность Китая и система НИОКР подошла в состоянии, которое можно охарактеризовать как плачевное. Негативные последствия «культурной революции» особо явно проявились в научно-технической области. Многое из того, что было заложено при основании авиастроительной школы Китайской Народной Республики в начале 50-х годов, было безвозвратно потеряно. В стране ощущалась острая нехватка в научно-техническом персонале среднего уровня. Ведущие специалисты были репрессированы, а те, кто остался, в одиночку не могли справиться с тем ворохом проблем, которые вызывало плачевное состояние материальной базы.

Поэтому начало нового проекта, который ставил перед национальной авиапромышленностью все новые технические задачи, оказал благотворное влияние на все направления отрасли.

Требуется указать, что за время проекта было создано свыше 1 200 научно-технических центров правительственного уровня, а также свыше 100 на уровне провинции. По утверждению западных экспертов, благодаря проекту в Китае сформировано новое направление школы авиаконструирования и получен богатейший опыт работы с западными техническими стандартами.

Параллельно с работой в НИИ на предприятиях-участницах проекта открываются специализированные курсы повышения квалификации для среднетехнического персонала. По мере продвижения проекта на курсах стали преподавать инженеры из ведущих НИИ и отделений ведущих университетов, которые были открыты в этих городах позднее.

Перестройке подверглись многие элементы НИОКР. Система управления разработок претерпела значительные изменения. Разрабатываются общие планы, в рамках которых устанавливаются жесткие временные и качественные показатели. Это в свою очередь потребовало от участников по-новому организовать работу в своих коллективах. Активно стали использоваться такие методы как временные творческие коллективы, «мозговая атака». С внедрением на предприятиях компьютеров стали применяться методы визуальной актуализации. Участвующие в «мозговом штурме» при обсуждении той или иной проблемы, после обработки на компьютерах на месте получали визуальную информацию о приемлемости вынесенного предложения

На производстве также происходят изменения. Для повышения эффективности работы на местах широко внедряются такие методы как персональной ответственности лиц сборочного процесса. Кроме того, меняется система снабжения материалами рабочих мест. Заявки обрабатываются специально обученным человеком, который собирает их с определенной периодичностью или по вызову и потом доставляет заказанные материалы или инструментарий. Этот метод комплектации материалами ускорил работу в сборочных цехах в несколько раз.

В дополнение к этому, на конечных этапах сборки на конвейере формируются так называемые «технические группы быстрого реагирования», в состав которых входят инженера предприятия, представители разработчика и представители военной приемки.

С введением новой системы стандартов в ГУВ НОАК на предприятиях в состав групп ОТК на производстве вводятся представители соответствующих управлений, и осуществляется взаимный контроль качества продукции.

В последние годы в системе хозяйственной деятельности проекта появляется новый элемент, так называемое «Соглашение о разделе рисков». Учитывая сжатые сроки заказа и высокие требования по качеству, предъявляемые к продукции проекта, участники проекта подписывают соглашение, по которому все участники разработки того или иного узла или системы несут консолидированную ответственность перед заказчиком.

С информатизацией предприятий ОПК Китая активно используется метод без бумажного проектирования. В частности, в конструкторских бюро компании «Чэнфэй» активно применяются компьютерные системы проектирования CAD/CAPP/CAM, а также впервые в авиапромышленности Китая использовался CIMS — метод сопровождения проекта.

Благодаря принятым мерам, по признанию руководства 618 НИИ в одном из интервью гонконгской газете «Гуан Цзяо Цзин», обычная производительность труда в НИИ возросла в 4…5 раз.

Проект также оказал значительное влияние на развитие теории и практики воздушного боя. Проводимые летные испытания натурных образцов, открывая новые возможности маневра, позволили исследователям разработать новую тактику воздушного боя. На основе собранных и тщательно проанализированных результатов полетов специалистами Авиационного инженерного Института создают комплексную систему современного воздушного боя. В июле 2002 года система под названием «Процесс боя современного истребителя» получает сертификат годности к использованию в войсках. Составной частью этой системы стала особая программа подготовки и переподготовки пилотов. Значительную роль в создании сыграли пилоты испытатели, которые после полетов, не взирая на усталость, составляли подробные описания поведения истребителя на тестируемых режимах.

К проекту также активно привлекались и специализированные не профильные НИИ. В частности, помимо НИИ авиационной и космической медицины в ряде медицинских НИИ Китая велись исследовательские работы по выработке рекомендаций по адаптации организма к новым скоростям и перегрузкам. Результатом стало принятие новой медицинской программы подготовки и переподготовки пилотов в новых условиях, в которой были учтены такие новые факторы как психологическая готовность к обучению, психологическая совместимость пилотов.

Помимо военной области «Проект № 10» принес значительный экономический эффект для народного хозяйства Китая. Часть полученных результатов некоторых разработок проекта стали активно использоваться в продукции гражданского назначения. Только компания «Чэнфэй», используя накопленный опыт и научно технический потенциал «Проекта № 10, участвовал в создании малого самолета общего назначения, системы электронного впрыскивания для дизельных двигателей. Особую гордость компании составляет участие в проекте национального уровня — создание первого китайского поезда на электромагнитной подушке.

Некоторые схемы окраски самолетов семейства J-10

Эскиз J-10




Список статей